Ребёнок, предназначенный служить игрушкой для взрослых, - такое явление не раз имело место в истории. (Оно имеет место и в наши дни.) В простодушно-жестокие эпохи оно вызывало к жизни особый промысел. Одной из таких эпох был семнадцатый век, называемый "великим". Это был век чисто византийских нравов; простодушие сочеталось в нём с развращённостью, а жестокость с чувствительностью - любопытная разновидность цивилизации! Он напоминает жеманничающего тигра. Это век мадам де Севинье, мило щебечущей о костре и колесовании.