
ощущение на кончиках пальцев
Лёгкая, но серьёзная, детективная, но без напряжения - хорошая история, с интересным сюжетом, живыми героями, написанная прекрасным слогом.
Герои – настоящие, объемные, каждый индивидуальность: свой образ мыслей, манера речи, поступки. И для раскрытия каждого нет километров описаний, достаточно пары слов, несколько штрихов и портрет готов:
Безупречные манеры Дирка и тщательно подбираемые слова натолкнулись на непонимание и разбились о провинциальную закоснелость. Беседам об искусстве тут предпочитали обсуждение вчерашнего рагу. Слово «модистер» пришлось растолковывать глуховатой графине аж дважды, она всё не могла уловить суть.
.
— Боги... да вы хотя бы пуговицу способны пришить?
— Конечно, конечно, — заверила девица. — Хоть пуговицу, хоть бывшего.
.
— Я не ем рыбу, — холодно ответил он. — Она костлявая, я её не люблю. Что вы себе, простите, такое позволяете? И кто эта дама?
— Теперь любите. По вторникам будет рыба, — веско припечатала кухарка, грохнув сковороду на стол. — Гренадина меня звать.
А потом окажется, что всё не так и все не те, кем кажутся.
Я не знаю что автор знает о шитье, тканях и швах, но здесь у нее получилось погрузить читателя в профессию главного героя на все 100%, чего стоит одна разработанная им размерная сетка
Его-то шедевры предназначены для настоящих трепетных газелей, цветущих орхидей, великолепных львиц и королевских пионов
И его профессионализм:
Один беглый взгляд — и Дирку стало дурно. Это был непросто плохой вкус. Это была систематическая, планомерная война против моды. Цвета, кричащие друг на друга. Ткани, которые в столице пошли бы на обивку мебели. Силуэты, застрявшие где-то на излёте прошлого века и доведённые до абсурда местными портнихами. ... Они не просто отстали от моды. Они отгородились от неё крепостной стеной из рюшей и даже не подозревают, что за стенами уже давно сменилась эпоха, а то и не одна».
Кроме бытового фэнтези, мы здесь получим и детективный сюжет. И все это будет раскрываться постепенно слой за слоем, а в самом конце мы получим «вот это поворот» и даже не один, и все заиграет новыми красками.
А еще хорошо, что книга написана не только ради приключений, а поднимает важные вопросы предназначения, чести, семьи (отцов и детей).
Свое главное впечатление от книги я не могу описать иначе как «ощущение на кончиках пальцев»
Здесь все дается каким-то набросками, эскизами, нюансами - по описанию героев вы, наверное, это уже поняли.
Повествование построено филигранно – оно от третьего лица, но не беспристрастного рассказчика. Переключение между героями как пинг-понг: где оставили героя от лица Ами, и вот уже мысли Андера продолжают сюжет, а точку поставит – реакция Ами на полученный результат. И читатель ни разу не запутается где кто, потому что у каждого героя своя манера речи, свой образ мыслей (может показаться что я слишком хвалю автора за такие казалось бы базовые настройки, но последнее время мне часто попадались книги где куча героев, а говорят и ведут себя как один - не различишь).
И все это еще приправлено шуточками, разбавлено игрой слов:
— Значит, в счёт включите, — отрезала Ами. — А у меня время не бессчётное —ещё учить вас счёты сводить да по счетам спрашивать. Считайте, мы пока в расчёте, а вот как пригодитесь — так и окончательно сочтёмся.
*
— Не знаю, — отрезал Дирк, оценивая ущерб — измятый лацкан. — Подобногорода неосмотрительность мне не присуща.
— Конечно, конечно, — кивнула девица. — Сущая неосмотрительность, вы правы. А та насущная потребность вам, конечно, не присуща. Какое существенное достоинство! Основательная конструкция, прямо таки несущая.
— Боги, что за вздор вы несёте!
— Несу, — согласилась она. — Но не суть. А вздор у вас — вон какой задорный.
Яркий пример повествования легкими набросками – эпилог. Ни каких тебе "трех детей, популярного ателье, а отцы их так воевали за внуков что стали лучшими друзьями" – нет, просто небольшая зарисовка, несколько легких штрихов, которые оставляют легкое послевкусие и то самое ощущение на кончиках пальцев.



























