Цитаты из книги The Red Palace

«Войти во дворец — значит ступить на путь, запятнанный кровью, — шептали наши врачи-наставники. — Скоро прольется кровь. Надеемся только, что кровь эта будет не твоя».

— Мы оказались свидетелями смертной казни, а за время, что мы знакомы, случилось пять убийств. — Его губы слегка растянулись в мрачной, лишенной малейшего намека на радость улыбке. — Мы занимаемся делом, которое, вероятно, убьет по меньшей мере одного из нас, но ни ты, ни я не намерены отступать. Это делает нас друзьями?

— Мы женщины, — продолжала она, — и одна только смерть не даст нам сделать то, что хотим сделать. Законы и прочие ограничения лишь учат нас решимости и хитроумию.

Мы должны всегда держать в уме прошлое, оно служит нам предостережением.

Люди очень живучи. Никто из нас не хочет умирать.

Все пути во дворец окрашены кровью.

«Чем отчаяннее ситуация, — внушала нам медсестра Чонсу, — тем спокойнее должны быть мы».

— Ты единственная. — Его слова ласкали мой слух, глубоко западали в душу. — И ты навсегда останешься единственной. Обещаю, Хён-а. Встав на цыпочки, я обняла его за шею, и книга в моих руках коснулась его спины, когда я нашла его губы. Он поначалу, казалось, был ошеломлен, а затем улыбнулся, целуя меня в ответ, и я почти услышала, как он подумал: «Ты всегда найдешь, чем меня удивить». Я тоже улыбнулась: «Знаю».

— Оджин. — Я нежно взяла его за руку. Он замер от моего прикосновения. — Мы столько всего вынесли вместе. Ты не отпустил меня тогда. Не отпускай и сейчас. — Не отпущу, — прошептал он. — Я не отпущу тебя, что бы ни случилось.

— В ту нашу первую встречу я даже представить себе не мог, — тихо проговорил он, — какой сюрприз ты мне преподнесешь.

— Хён-а. Мое сердце подпрыгнуло от сопровождаемой болью радости. — Просто оставь меня здесь. — Разве вы не знаете меня, наыри? Я же Пэк-хён. — Я сморгнула пот с век. И изо всех оставшихся сил приподняла Оджина еще выше на спине и продолжила путь. Вернусь за этим растением позже. — Если я что-то задумала, то непременно это сделаю. При мысли о том, что я могу потерять его, мой голос надломился. — Пожалуйста, только живи. Не покидай меня.

Лес — настоящая сокровищница лекарств, особенно по весне.

— Вы не брат с сестрой, — сказала она вместо этого, бинтуя мне плечо. — Это ясно по тому, как он смотрит на тебя, когда ты этого не видишь.

— Ты совершенно невыносима, — сказал он, когда я его догнала.— Меня трудно выносить, потому что я права, наыри? — вежливо поинтересовалась я.— Да. — Он против воли улыбнулся. — Ты права, медсестра Хён. Ты всегда права.

— Возвращайся к нам, Хён-а, — тихо сказала мать и ушла. У меня было тяжело на душе, и я стала молиться о том, чтобы мне не довелось пустить в ход этот кинжал, и одновременно думала: «Я никогда никому не причиню им боль».Но, возможно, именно так некоторые убийцы и считают — до тех пор, пока не теряют самое дорогое в жизни. Я гадала, а что же дороже всего мне? Что может побудить меня лишить жизни другого человека?

— Ни одна женщина из дворца не станет шпионить по собственной воле. Нас принуждают к этому шантажом.