Шум времени

Рабство идейное столь же ненавистно, как рабство физическое.

На будущее мы возлагаем слишком уж большие надежды, все ждем, что оно поспорит с настоящим.

Если верить Ахматовой, при Хрущеве настали "вегетарианские времена". Возможно; хотя для убийства не обязательно прибегать к традиционным способам мясоедских времен - достаточно забить человеку глотку овощами.

К сожалению, он не смог присутствовать на том вечере ленинградских поэтов, когда при появлении Ахматовой слушатели вскочили как один и устроили овацию. Сталин, когда ему доложили, в бешенстве потребовал ответа: "Кто организовал вставание?"

Чем труднее времена, тем настырней руки. Так и норовят схватить тебя за причинное место, отобрать еду, лишить друзей, родных, средств к существованию, а то и самой жизни.

И чиновники, и музыковеды, изучавшие его Пятую симфонию, неукоснительно изрекали один и тот же оборот речи, который больше подошел бы для Революции, равно как и для той России, которая из нее выросла: оптимистическая трагедия.

Максим два раза в жизни видел отца плачущим: на похоронах Нины и при вступлении в партию.

А посему трусом он был, трусом и остался. А посему крутился, как угорь на сковородке. А посему остатки смелости вложил в свою музыку, а трусость полной мерой — в свою жизнь.

С виду трус, а в душе герой. Или наоборот. Нет, обычно с виду трус — и в душе такой же. Впрочем, это слишком примитивно — считать, что человек разрублен надвое, словно топором. Точнее будет так: человек расколот на сотню обломков и тщетно пытается вспомнить, каким образом из них... из него... когда-то складывалось единое целое.

А Жан-Поль Сартр? <...>

Там, у окошка кассы, стоял великий философ и скрупулезно пересчитывал толстую пачку рублей. В те времена авторские гонорары выплачивались зарубежным писателям только в исключительных случаях.

Кому-то требовался «оптимистический Шостакович». Мир утопает в крови и навозной жиже, а ты знай улыбайся. Но у художника другая душевная организация: пессимистическая, нервная. Значит, кому-то требуется отлучить тебя от искусства. Однако людей искусства, которые не имеют ничего общего с искусством, и так расплодилось в избытке! Как говорил Чехов, если вам подают кофе, не старайтесь искать в нем пиво.

На будущее мы возлагаем слишком уж большие надежды, все ждем, что оно поспорит с настоящим.

Вот так любят: не ведая ни страха, ни преград, ни тревог о завтрашнем дне. И ни о чем не жалея впоследствии.

"Это ведь завидное качество - быть нормальным человеком и каждое утро просыпаться с улыбкой."

Композиторы нынче бывают только двух сортов: либо живые и запуганные, либо мертвые.

Ему запомнился концерт в городском парке Харькова. Его Первая симфония взбудоражила свору бродячих собак.

Сам он - человек скованный, а тянется всегда к бойким женщинам. Не отсюда ли проистекают его неудачи?

Могли его убить, но оставили в живых; оставили в живых - и тем самым убили.

Писателей громили на первой полосе, а композиторов на третьей

В сталинской России нет композиторов, которые пишут музыку, взяв перо в зубы. Композиторы нынче бывают только двух сортов: либо живые и запуганные, либо мертвые.