Полуночно-синий

Эпоха Рембрандта и Вермеера — это хорошо. Но только из этого хорошей книги не сваришь, хоть сколько ты разбрасывай по страницам исторические отсылки. Мне не хватило в персонажах глубины, а в сюжете стабильности (той хорошей стабильности, которая «верить и жить помогает»). Меня окунули в эпоху, которая на вкус оказалась как картон театральных декораций ( не то, чтобы я пробовала их на вкус, но вы меня поняли же). Чума, Пороховой взрыв, уничтоживший половину города, гражданская война в Китае... всего этого накидали в сюжет по чуть-чуть, чтобы читатель понимал, что вот совершенно точно история нашей героини могла быть такой, даже не смотря на то, что героиня выдуманная.

А история главной героини Катрейн и вовсе похожа на не самый лучший бразильский сериал (я на них выросла, понимаю о чем говорю). Она за один год прожила столько всего, что другим и на всю жизнь хватило бы. И я верю, что бывает такое, что на человека разом обрушиваются все несчастья, но здесь вот не верю.

И я не знаю даже как не скатиться в пересказ сюжета, чтобы другие поняли о чем я говорю. Автор хорошо поработала над историей. Закрасила каждый прыщик, каждую морщинку, превратив персонажей в кукольный театр. И сразу знаешь как будут себя вести герои, потому что здесь нет полутонов. Этот вот добрый, тот злой, другой корыстный. И все это видят и живут по этим правилам. Все, кроме Катрейн. Я не вижу никакой логики в ее поступках. А потом она обижается, что другие не правильно трактуют ее посылы. Но даже я неправильно их трактовала, а я буквально ходила с ней рядом от начала и до конца (повествование от первого лица идет).

Зачем-то в эту историю впихнули странную любовную линию. В первой главе нам ясно дают понять, что Катрейн вдова, что она родила мертвого ребенка, а покойный муж ее безбожно избивал. Но она не растеряла своего света, она идет к своей мечте, у нее есть талант, который она стремится развивать. Вот об этом я думала будет книга. Но едва два месяца прошло, а она уже влюблена в первого встречного.

Но не буду судить, может в то время, когда умирали в сорок будучи уже стариками, один год проходил за десять. Но мне все равно не понравилось.

А Рембрандта и Вермеера, к слову, тут почти и нет. Мелькают со своим величием на задворках бурной жизни Катрейн.