Стража Плоского Мира

– Но, сэр, вы же не допустите, чтобы эти лордишки и в самом деле набрали собственные армии?
– Закон им этого не запрещает, Ваймс. А они будут при деле. Каждое официальное лицо имеет право (а раньше фактически было обязано) предоставить людей, когда город в таковых нуждается. И, разумеется, каждый гражданин имеет право выйти с оружием в руках на защиту родного города. Учти это, пожалуйста, на будущее.
– Выйти на защиту – это одно. А положить жизнь из-за какого-нибудь болвана-военачальника – совсем другое.

— Взгляни туда. По-моему, башня выглядит как-то странновато, тебе не кажется? — спросил он.
Некоторое время сержант молча разглядывал цель, после чего нервно рассмеялся:
— Похоже, там сидит дракон, а?
— Да. И я о том же подумал.
— Только… только… только если вроде как вглядеться, то сразу различишь, что это просто тени, заросли плюща и все такое. А если прикрыть один глаз, то покажется, будто на башню взобрались две старухи с тачкой.
Ваймс попробовал.
— Не работает, — покачал головой он. — Все равно похоже на дракона. Он вроде как сгорбился и смотрит вниз. Видишь, вон у него крылья сложены.
— Прошу прощения, сэр, но это сломанная башенка создает такой эффект.
Оба наблюдали за башней еще некоторое время.
А затем Ваймс произнес:
— Скажи мне, сержант, я интересуюсь из чистого любопытства, а что, по-твоему, создает эффект, будто над башней сейчас расправились два огромных крыла?
Сержант сглотнул.
— По-моему, его создают два огромных расправившихся крыла, — признал он.

В дверь постучали. Ни один стук в дверь не звучал настолько исподтишка, как этот. Он был полон собственных гармоник. Он как бы говорил вашему подсознанию: «Если никто не ответит, тот, кто стучит, все равно отворит дверь и проскользнет в комнату, где обнюхает все щели, прочтет все бумаги, что попадутся на глаза, откроет несколько ящиков стола, сделает пару глотков из бутылки со спиртным, буде таковая найдется, но не свершит больших преступлений, ибо преступен он ровно настолько же, насколько преступен какой-нибудь хорек; он просто такой, какой он есть». В этом стуке было очень много смысла.