Ладно, пусть каждый думает что хочет, а другой уважает его точку зрения

мы-то с тобой понимаем, что все девчонки – дуры, а сестры – и вовсе полный караул.

А потом в помещении стало очень темно, и посреди наступившей неразберихи и страшного шума Бруно вдруг обнаружил, что до сих пор сжимает руку Шмуэля в своей руке, и теперь уже ничто на свете не заставит его разжать пальцы.

Неужто ты полагаешь, что я добился бы успеха в жизни, не научись я твердо различать, когда требуется отстаивать свою точку зрения, а когда – помалкивать и выполнять приказы?

И все же иногда случаются моменты, когда брат с сестрой способны отложить в сторонку пыточные инструменты и поговорить друг с другом как цивилизованные люди, и Бруно решил, что такой момент настал.

некоторые люди, когда им грустно, не любят расспросов; иногда они сами все выкладывают, а бывает, молчат месяцами

— Ох, да надоело мне слушать про папину работу, — не выдержал Бруно. — Все только про нее и говорят: папина работа то, папина работа се. А я думаю, что если из-за папиной работы мы должны бросить наш старый дом с перилами и трех моих верных друзей на всю жизнь, то лучше бы папе задуматься, а зачем ему такая работа. Разве я не прав?

Недавно у неё был день рождения, ей исполнилось тринадцять, и с тех пор она полагала, что сарказм - высшее проявление изощренного ума.

— Попрощаться? — Мальчик уставился на мать. — Попрощаться? — повторил он, выплевывая слово, будто его рот был набит печеньем, разжеванным на мельчайшие кусочки, но пока не проглоченным. — Сказать «прощай» Карлу, Даниэлю и Мартину? — Голос его уже смахивал на крик, а кричать ему дозволялось только на улице. — Но они мои лучшие друзья, верные и на всю жизнь!
— О, заведешь новых, — небрежно обронила мама, словно найти трех верных друзей на всю жизнь пара пустяков.

В уголках глаз закипали слезы, но он не позволит им выплеснуться наружу.

Смирись с положением, в котором ты оказался, и тебе станет намного легче.

"Когда я совершаю ошибки, меня наказывают, - не унимался Бруно. Выходит, правила, которые дети обязаны исполнять, взрослым нипочём (хотя именно они эти правила устанавливают), и это обстоятельство выводило Бруно из себя".

- А я вот как скажу, – улыбнулась она, – делай хорошую мину при плохой игре.

Умному и неудача впрок, – добавил он фразу, которую недавно заучил и теперь намеревался употреблять как можно чаще.

- Не может быть, чтобы вы все жили в одной комнате, - засомневался Бруно. - Так не бывает.

- Нет, я не о них. Люди, которых я видел из окна в моей комнате. Там, чуть подальше, в таких низеньких длинных домах. Они все одинаково одеты.

• Ах, эти. - Отец взмахнул рукой и коротко улыбнулся. - Эти люди... Видишь ли, Бруно, они и не люди вовсе.

Но вот они, слова, уже сказанные, и не в его силах вернуть их обратно.

Некоторые люди, когда им грустно, не любят расспросов.

Его одежда была разбросана на кровати, а коробки с игрушками и книгами до сих пор стояли нетронутыми. Ясно, что Мария не умеет отличать главное от пустяков.

«– Кто эти люди, что тут живут?
Вопрос слегка озадачил отца.
– Военные, Бруно. И секретари. Мои подчиненные. Ты почти всех видел и раньше.
– Нет, я не о них. Люди, которых я видел из окна в моей комнате. Там, чуть подальше, в таких низеньких длинных домах. Они все одинаково одеты.
– Ах, эти. – Отец взмахнул рукой и коротко улыбнулся. – Эти люди… Видишь ли, Бруно, они и не люди вовсе.»