Цитаты из книги Евгений Онегин_

Ужель та самая Татьяна, Которой он наедине, В начале нашего романа В глухой, далекой стороне, В благом пылу нравоученья Читал когда-то наставленья, Та, от которой он хранит Письмо, где сердце говорит, Где все наруже, все на воле, Та девочка... Иль это сон?.. Та девочка, которой он Пренебрегал в смиренной доле, Ужели с ним сейчас была Так равнодушна, так смела?

В тот год осенняя погода Стояла долго на дворе, Зимы ждала, ждала природа. Снег выпал только в январе На третье в ночь. Проснувшись рано, В окно увидела Татьяна Поутру побелевший двор, Куртины, кровли и забор, На стеклах легкие узоры, Деревья в зимнем серебре, Сорок веселых на дворе И мягко устланные горы Зимы блистательным ковром. Все ярко, все бело кругом.

Погасший пепел уж не вспыхнет...

— Дай окроплю святой водою, Ты вся горишь... — Я не больна: Я... знаешь, няня, влюблена.

Как знать? дни наши сочтены не нами; Цвел юноша вечор, а нынче умер, И вот его четыре старика Несут на сгорбленных плечах в могилу. Барон здоров. Бог даст — лет десять, двадцать И двадцать пять и тридцать проживет он.

Довольно с вас. У вас воображенье В минуту дорисует остальное; Оно у нас проворней живописца, Вам все равно, с чего бы ни начать, С бровей ли, с ног ли.

Но тише! Слышишь? Критик строгий Повелевает сбросить нам Элегии венок убогий, И нашей братье рифмачам Кричит: «Да перестаньте плакать, И всё одно и то же квакать, Жалеть о прежнем, о былом: Довольно, пойте о другом!»

И устарела старина, И старым бредит новизна.

• Я модный свет ваш ненавижу;

В любви считаясь инвалидом, Онегин слушал с важным видом, Как, сердца исповедь любя, Поэт высказывал себя

...Едина разве совесть. Так, здравая, она восторжествует Над злобую, над темной клеветою.- Но если в ней единое пятно, Единое, случайно завелося, Тогда - беда! Как язвой моровой Душа сгорит, нальется сердце ядом.

Но наше северное лето, Карикатура южных зим, Мелькнет и нет: известно это, Хоть мы признаться не хотим.

Такая знойная засуха, Что через лужу может вброд Пройти, глаза зажмуря, муха.

И что ж? глаза его читали, Но мысли были далеко.

Он охладительное слово В устах старался удержать И думал: глупо мне мешать Его минутному блаженству.

Что вам дано, то не влечет; Вас непрестанно змий зовет

Fare thee well, and if for ever Still for ever, fare thee well.

Byron

Если бы я имел безрассудство еще верить в счастье, я бы искал его в привычке