Цитаты из книги «Гуси-лебеди»

Мне показалось, что я смотрю на мир откуда-то изнутри, с обратной стороны реальности. В какую-то случайную дырочку, которой и быть не должно. Вроде той, что у меня в кармане куртки. Я смотрю, а меня никто не видит…

Бывают в жизни такие штуки, которые ни в одной приличной книжке не опишешь, — засмеют, мол, неестественно и неправда. А штуки бывают.

Вот тогда, в девять лет, я и выяснила страшное: ни в коем случае нельзя знакомиться с теми, кем ты восхищаешься! Если, конечно, ты и дальше планируешь ими восхищаться.

Но мы никогда не знаем, кто на самом деле рассказывает нам эту историю, а главное, где он сейчас находится. Некоторые вот вообще не находятся. Никогда.

Кто-то должен жить в реальном мире. Даже если у него это плохо выходит. Стараться нужно! Учиться. Держать себя в руках, в конце концов. А то вон всякие кереметы не дремлют. Если все героями страшных сказок окажутся, кто их спасать-то будет?

«Кудава, Ведьава, Вармава, Вирьава, Толава», — скороговоркой проговорила я про себя, чтобы запомнить покрепче. Вот бы здесь был Интернет!

«Хочешь, я расскажу тебе сказку?» —специальным «страшным» голосом говорила Юлька. Я радостно кивал. Страшные сказки — лучше всего на свете! Особенно когда их Юлька рассказывает.

— Не может она врать, — напомнила я.

Подменыш с готовностью кивнула.

— Ничего, хочет быть человеком, скоро научится, — обнадежил Метёлкин.

Привидения, может, и пугают тебя до дрожи, но настоящие живые люди раздражают гораздо больше. И встречаются гораздо чаще.

Вот так начнешь рассказывать о подружке, а расскажешь о себе, да еще и больше, чем собиралась… Но я рискну.

...Или чудовища тоже не любят ходить в школу.

Конечно, магия. Мы стоим посреди школьного коридора и разговариваем с лесным подменышем, который жрет ветки с пола. Реальностью тут даже не пахнет.

— А еще у них тоже есть что-то вроде национальностей. Это не совсем национальности, конечно. Так просто понятнее. В общем, есть славянские лешие, а есть финно-угорские. Тюркские еще… И так не только с лешими. Домовые там, водяные… Тоже немножко — ну или даже «множко» — разные. Понимаешь?