Люди бездны

Интересное знакомство с автором у меня получилось, это первая книга Джека Лондона которую я прочитал, и она оказалась документальной. И это прям очень хорошо, потому что я смог сразу познакомиться не только с творчеством автора, но и чуть-чуть с ним самим.

Перед нами очень серьезное социологическое исследование о жизни бедных слоев населения, которое провел Джек Лондон. Помимо того что он перерыл и прочитал огромную кучу газет, судебных отчетов и прочего, он сам лично решил окунуться с головой во все это.

В 1902 году он добровольно решает преобразиться внешне и отправиться на самое дно бездны в самый бедный район Лондона Ист-Энд, что бы прожить там какое то время, увидеть своими глазами и на своей шкуре ощутить как живет местное население.

Очень тяжелая книга, читаешь и понимаешь что хоть книга и 1903 года, но во многих странах люди и сейчас так живут, даже не живут а пытаются хоть как то выжить.

Джек Лондон четко показывает в своей книге, что большинство людей живут в таких условиях не из-за того что они какие то пьяницы или лентяи, а из-за того что государственная система их привела к этому, и вырваться из этой системы они уже вряд ли смогут.

После таких книг понимаешь что все твои проблемы ничто. Ты не голодаешь, у тебя есть где жить, у тебя есть работа... и у тебя есть будущее...

"Бедность. Бедность не порок
Но бедность идет за мной, как злой рок
Бедность. Куда же смотрит Господь Бог?
Бедность."
Зоопарк

В самом начале прошлого века, в 1902 году, неутомимый Джек Лондон спустился в ад (бездну) - Восточный Лондон (Ист-Энд) и написал об этом серию интересных очерков.

Джек Лондон, рабочий парень из Окленда, штат Калифорния, сам много что повидал и испытал в жизни и был твердым сторонником социалистических взглядов. Автор, вкусивший все прелести жизни в бедности и изнурительной работы за копейки в родной Америке, был потрясен тем, что увидел в рабочем гетто ("Восточный Лондон – не что иное, как гетто") столицы самого экономически развитого государства мира, огромной и самой могущественной империи.

Для полного погружения в тему Джек Лондон одевался в старье-рванье и выходил на улицы Ист-Энда, изображая американского матроса сошедшего на берег, прокутившего все деньги, продавшего все вещи, оказавшегося на улице и теперь ищущего работу на каком-нибудь пароходе, чтобы вернуться на Родину. Подобная легенда объясняла его говор, отличный от местного, и незнание бытовых подробностей жизни английской нищеты. Действуя "под прикрытием" автор побывал в работном доме ("на колу"), в ночлежке, в лагере "Армии спасения", на сборе хмеля в Кенте, с бездомными бродил по ночным улицам ("хождение с флагом"), внимательно смотрел, слушал, расспрашивал, испытывал на себе жизнь "людей бездны".

Джек Лондон убедительно показывает, что чудовищная нищета огромной части населения Англии обусловлена самой экономической системой, а не ленью, пьянством и т.п., что тогда не являлось очевидным фактом. Промышленная революция, начавшаяся в середине XIX века, оставила без работы огромное количество людей как в городе, так и в сельской местности, предложение труда значительно превышало спрос, что, в купе с новыми технологиями, позволяло до предела увеличивать рабочее время, уменьшая оплату труда. При таких условиях, даже работая как вол с темна до темна, выбраться из нищеты было нереально. Люди были поставлены на грань выживания, любое событие, ограничивающее трудоспособность даже на короткое время, становилось катастрофой.

Сейчас, в экономически развитых странах безобразий, как в "Людях Бездны", нет. Бедность естественно существует, но то, что мы понимаем под бедностью и даже нищетой, очень далеко от описываемых Джеком Лондоном ужасов (многим будет полезно узнать, как действительно выглядит нищая жизнь даже тех, кто имеет работу). Такая ситуация сложилась не сама собой, а стала возможной благодаря многолетней и ожесточенной борьбе (которая продолжается и сейчас) за права рабочих, за улучшение условий труда, за права женщин и т.д. Джек Лондон внес свой вклад в эту борьбу.

Не так давно я написала рецензию на сборник очерков Дж. Лондона, рассказывающих о его бродяжничестве по Америке.

Эта книга также посвящена бродягам, но уже из лондонского (в данном случае столица Великобритании) Ист-Энда - квартала бедняков. И в это путешествие Лондон отправился, действительно, ради изучения жизни социальных низов, а не потому что его поманил за собой дух романтики и приключений. Здесь он выступает уже ни как главное действующее лицо, но как наблюдатель. Теперь ему приходится принимать вид бродяги, так как со времён своих скитаний по дорогам Соединённых Штатов он добился немалых успехов в жизни.

И первое, что бросается в глаза - бродяжничество лондонской бедноты, это не бродяжничество разочаровавшихся в труде людей, предпочитающих подобный образ жизни тяжкой повседневной работе, как это зачастую случается в Америке, но вынужденное бродяжничество людей жаждущих хоть какой-то работы и совсем не желающих быть бродягами.

Правдиво до содрогания рисует Дж. Лондон картины жизни - если это тупое бессмысленное прозябание, без всякой надежды на будущее, можно назвать жизнью - несчастных существ, давно уже причисленных к отбросам общества. Мужчины срывают злость за многочисленные неудачи на тех, кто зависит от них и потому не смеет ответить, как они сами не могут ответить тем, кто сильнее их. Женщины, до полусмерти избиваемые собственными мужьями, уже в 50 лет выглядят, как старухи. Их дети растут на грязных зловонных улицах среди нищеты и разврата. Их старики, сломленные долгими годами непосильного труда, умирают в своих убогих, кишащих насекомыми, постелях самой жалкой смертью.

И некоторые из этих несчастных вполне достойные трудолюбивые люди, по крайней мере, когда-то были такими. Не все они ленивы и распущены от рождения, некоторые совсем не прочь честно зарабатывать себе на жизнь, но им платят жалкие гроши, а работать приходится в нечеловеческих условиях, и это ровно до тех пор пока тебя не свалит тяжёлая болезнь или ты не покалечишься, а тогда окажешься выброшенным на улицу, как негодная вещь, и окончишь жизнь свою, кочуя по работным домам и побираясь на улицах. Эти люди заслужили лучшей доли, однако если за все свои старания они имеют место, где можно приклонить голову и возможность питаться отбросами, называемыми пищей, в жалкой забегаловке, именуемой кофейней, они не ропщут. Они довольны и даже горды своей участью, той участью, о которой нам даже подумать страшно.

Жутко об этом читать, и горько. И ведь не получается успокоить себя тем, что всё это осталось в далёком прошлом. Казалось бы, описываемое имело место быть в Англии начала 20 века, но так ли далеко мы ушли от происходившего тогда? Конечно, в Европе сейчас имеются и профсоюзы, и приличное пособие по безработице. В той же Англии люди социально защищены практически от всех бытовых невзгод. Некоторые наверно уже даже не помнят, что это такое. Но как много людей в странах бывшего Советского Союза и сейчас живёт за чертой бедности, что уж говорить о странах третьего мира? Зачастую мы даже не представляем, что там происходит.
Разве в Африке, Азии да и, если уж на то пошло, в тех же России или Украине люди всё ещё не занимаются изнурительным трудом, позволяющим им не жить, но всего лишь существовать? Они не имеют оплачиваемых больничных, по нескольку человек теснятся в съёмных комнатках, которые, не смотря на все их недостатки, стоят бешеных денег, а в качестве отдыха и единственного развлечения получают дешёвую выпивку по выходным, со всеми вытекающими отсюда приключениями.

Как не крути, а Джек Лондон, писавший свои очерки на заре 20 века, оказался более чем актуален и в начале 21-ого.

Документальное исследование жителей лондонских трущоб, которое Джек Лондон провел, надев платье бедняка. Жизнь несправедлива. Жизнь груба. И никто не может этого исправить. От исследования Джека Лондона я ждала описания некой антиутопии в реальном времени и месте. Хотелось ощущения лавины горя и безысходности. Хотелось прочувствовать страдания лондонцев, как если бы они страдали за меня. На самом же деле автор - сын Белого Клыка и Аляски-племянницы Золотого прииска, - обрисовал людей, быт, работу, работный дом, слабого человека и его ареал обитания. Дж.Л. рисует картину современных для него взаимоотношений работника и работодателя, жильца и квартиросъемщика. Это безысходность, но в поисках новой формы, автор просто фиксирует факты и это не трогает за живое.

Повествование ведется от первого лица и ни разу не напоминает по форме художественное произведение. Это трактат, проиллюстрированный схемами, цифрами и аналитикой. Горькие и проницательные наблюдения, сравнения с жизнью в США, красочные примеры «людей дна» - это не открытия, а тяжелая правда. В предисловии Лондон заостряет внимание, что все эти ужасы происходили в Англии в 1902 году, когда страна была на вершине своего процветания. Хочется лишь промолчать, ведь не мог же автор верить, что богатство не порождает нищету, что когда один жиреет, другой не обливается потом и кровью практически у него на глазах.

Дух странствий, приключений и справедливости не раз воспевался этим признанным классиком. В литературных произведениях он пропагандирует, что бедность благородна, но описывая свой эксперимент, Лондон словно разубеждается в этом. Он выказывает свое отвращение. Откровенное отвращение. Так и чувствовалось, что автор сдерживается, умалчивает и считает, что голодать и подыхать в трущобах Ист Энда зазорно, а бороздить моря, океаны и бескрайние просторы Аляски – отважно.

Джек Лондон таким экспериментом не пытался использовать свое перо в борьбе против нищеты, он просто хотел убедиться в фактах. Лично пережить трудные обстоятельства. Тесноту, болезни, голод, холод, неуважение, самоубийства, гетто, умирающих младенцев, жестокость закона и все, чем живет трущоба. Но, я повторюсь, что такие печальные факты оставили меня равнодушной. Мне не понравилось, что автор часто говорит в сравнении со «своим западом», не всегда прямым текстом, но явно в пользу Американских штатов – будто бы у них нет нищеты, словно там господа и вовсе не пинают человека в рванье или не смотрят на него снисходительно. «Для нас, американцев, не иметь ванной, если не в комнате, так хотя бы в доме, просто невежество, а тут…» Начиная с предисловия автора, где он порицает политику Англии и видит ей место «на свалке», заканчивая последними абзацами, в котором призывает всех мистеров «с котлетами в желудке» к ответу за младенцев, невинных девушек и сильных юношей, скончавшихся от бедноты. Даже ругательства англичан и американцев подверглись оценке и сравнению. Причем не в пользу Альбиона. «Насколько отличаются от него блестящие разнообразные ругательства американского запада, которые больше склоняются к богохульству, чем неприличию. В конце концов, если уж людям так надо ругаться, я предпочитаю богохульство непристойности. В этом есть смелость отвага и вызов, а это лучше, чем откровенная развращенность…»

Мне это казалось бесчувственным снобизмом, напомнило противостояние стран во время холодной войны. Никак не хочется связывать это исследование с человеком, подарившим миру отчаянные приключения, любовь и понимание дикой природы.

Очень неожиданная (для меня) работа Джека Лондона. После его бесконечных "северных" историй разбавленных философской перепиской и детскими грёзами о морских приключениях, мы попадаем в проект, который смело можно назвать социальным экспериментом.

Эта книга предвосхищает привычный нам тревел-блогинг по опасным точкам планеты. И не просто предвосхищает, но и превосходит его. Ибо здесь не тупо бегает чел с камерой и всё показывает, но и сам становится прямым участником происходящего, мастерски мимикрируя под жителя лондонских трущоб.

Многих из вас книга может попросту шокировать. Действительно, ведь место действия: "сердце самой великой, самой богатой, самой могущественной империи, которая когда-либо существовала на свете".

Ну так вот, Дж. Лондон берёт, переодевается в пролетария и с головой окунается в пучину Восточного Лондона. Ладно, там было не до конца так, он, всё таки, проработал пути отхода, контактировал с внешним миром и имел солидный запас денег. Но всё же. Как минимум, он попытался поесть отбросы, поспать в ночлежках и постоять в бесконечной очереди за право получить работу.

В этой истории преобладают мрачные тона. Декорации, персоны, истории... в целом, сама жизнь. Люди работают за еду, за право поспать под крышей. Это порочный круг из которого мало кому удаётся вырваться и поэтому люди деградируют и умирают.

Мы видим череду судеб опустившихся людей, одни из которых отчаянно цепляются за жизнь, другие же мечтают о смерти. Но разница между этими состояниями невелика. Восточный Лондон уравнял жизнь и смерть.

Если бы меня попросили описать прочитанное одним образом, то я бы ответил, что вижу тысячи людей, бродящих в полуживом состоянии по холодным и ночным улицам Лондона. Они не могут остановиться и поспать. Это запрещено законом. Они не отдают себе отчёт в происходящем и просто ждут утра, когда им будет разрешено уснуть на лавочке или на лужайке окрестного парка.

Происходящее вокруг порой напоминает торжество абсурда. Идиотские законы, невыносимая жизнь, нелепые порядки. Бытие превращается в фарс, всё происходящее напоминает фантасмагорию, выдуманную американским пришельцем.

И красивый штрих, проходящий через эту историю - пышная коронация Эдуарда VII.

Скорее всего, после этой книги вы будете мечтать о баррикадах, в вас пробудится дух революции и социальной справедливости.

Ибо эта книга - социалистический манифест, заключающий в себе призывы к разрушению системы.

Боль, страдания, нищета, люди дна - люблю читать такие книги ("Трущобные люди", "Петербургские трущобы", "Вызовите акушерку"), дайте такого еще много и сразу.

У Джека Лондона я привык читать немного другое - путешествия, приключения, покорение Америки. Это был новый опыт и он мне понравился.

В 1902 году писатель провёл необычный эксперимент, итогом которого стало произведение «Люди бездны». Джек Лондон, отправился в Великобританию в Лондон, нарядился бедняком и остался жить в городском районе под названием "Ист-Энд".

Лондон в начале 20 века делился на две части, как бы одновременно в географическом и социальном смысле. Если на западной стороне жили люди богатые, то на восточной стороне находилась большая часть жителей столицы, влачащих своё существование за чертой бедности.

Автору получилось в красках описать ночлежки, работные дома, жизнь на улице, повсеместную нищету. Взрослая и детская проституция, высокая детская смертность, средняя продолжительность жизни взрослого населения - 35 лет. Люди регулярно кончали жизнь самоубийством и если она не увенчивалось «успехом», то подлежали наказанию - человека приговаривали к тюрьме или каторжным работам.

В общем, такая вот незавидная жизнь была у жителей восточного района Лондона.

У многих читателей конец XIX – начало XX века ассоциируется с самым колоритным и романтичным периодом в истории Англии. Несомненно, о роли бедности в этом периоде не забывали, но достоверно ли описывали её в красивых романах? Видимо, Джек Лондон тоже задался этим вопросом, раз решил добровольно опуститься на «дно» Лондона – в Ист-Энд – и попробовать немного пожить в шкуре бедного работяги столицы Соединенного Королевства.

Признаюсь, писатель меня удивил. Я словно открыла для себя нового Джека Лондона – реалиста, полного сочувствия и революционных идей, от всей души ратующего за изменения в пользу угнетенного рабочего класса. Но в то же время многое в писателе осталось неизменным – перед нами всё тот же воспитанный джентльмен, благородный и слегка наивный, искренне убежденный в том, что справедливость должна восторжествовать. В любом случае «Люди бездны» довольно сильно отличались от тех произведений Лондона, с которыми я была знакома ранее.

Впрочем, это не единственное, что поразило в книге. Викторианская эпоха часто ассоциируется с лоском и красотой аристократической жизни – не даром понятие «джентльмен» закрепилось именно в этот исторический период. Но праздная реальность жизни очень далека от образа, порожденного большей частью искусством, причем далека настолько, что и вообразить тяжело: тыльная сторона жизни Англии ужасает своей нищетой и, что ещё хуже, отношением к нищете. Бедные люди не просто страдают от немилостей судьбы, они преследуются законом и презираются другими людьми, которым выпало счастье принадлежать к другому социальному классу. То, что писатель рассказывает о жизни Ист-Энда, а вместе с тем и о жизни всей Великобритании, поражает даже самые жестокие сердца. И если Вы когда-либо мечтали воочию увидеть в Викторианскую Англию, то упаси Вас Господь увидеть её глазами бедняка!

"...Они заставляют бездомных ночи напролет бродить по городу. Они гонят их из подъездов и подворотен и не пускают в парки. Цель, которую они преследуют, очевидна: не дать людям спать!"

Несомненно, высокое качество книги и героизм автора, примерившего на себя личину человека, чья жизнь состоит из сплошных лишений, неоспоримы. И всё же я не обойдусь без одного маленького «но». Как писал Шекспир: «Так сладок мед, что, наконец, он горек. Избыток вкуса убивает вкус». Расследование писателя вышло продуктивным, результаты – ошеломляющими, но всё же мысли, к которым приходит автор в каждой главе, мне показались слишком однотипными. Да, ситуация, несомненно, ужасна. Да, жители Ист-Энда обречены на существование в Аду. Никто не спорит, что на это надо обратить внимание, и что пора что-то менять, но делать на этом акцент через каждые две страницы не обязательно – факты и так говорят сами за себя. Мне кажется, что эмоциональный окрас произведения можно было немного сократить, и книга бы не потеряла, а только приобрела бы от этого.

Но, в любом случае, для любителей Викторианской эпохи, Соединенного королевства и просто мировой истории эта книга – несомненный must-read. Так что читать о жизни Лондона в Лондоне (звучит довольно забавно, не так ли?) определенно стоит.

Не холод и не голод. Не грязь. Иное — изнанка. Ходишь по крышке люка и не слышишь, как там, внизу, скребутся. Под ногами, в трещинах на асфальте. Лондон не спускался в ад, он остался на этой стороне — это ад поднялся ненадолго к нему навстречу. Люди там — уголь, который не дождался своего давления, чтобы стать алмазом. Их сжали не пласты породы, а тиски системы. И они не станут алмазами. Они рассыпятся в пыль, чтобы их же дети дышали этой пылью.

Они не бунтуют. Они — переламываются, крошатся в руках, пачкая руки. Мельница социального порядка. Где же Дон Кихот, который сразится с ней? На входе — человеческое тело, способное чувствовать голод, холод, унижение. На выходе — обезличенная масса, «дно». Отходы производства.

Привычка — вот что пугает. Любое живое существо запрограммировано выживать, адаптироваться. Они спят вповалку, мужчины, женщины, дети. Их тела прижаты не похотью, а необходимостью тепла. Стыд умер. Его съели вши. Осталась простая, животная механика — найти еду, найти теплый угол, продлить агонию на еще один день.

Закрываешь книгу, смотришь на свою комнату. На чашку своего остывшего кофе, который с легкостью выльешь в раковину. На книжные полки, которые ты способен прочесть. И это всё — прозрачная пленка, натянутая над бездной. Пленка вежливости, условностей, комфорта. Под ней — изнанка. Ночь, где люди — тени, ищущие пригодные отбросы. И они — не «другие». Они — это возможная версия тебя. Версия, которой не повезло. Версия, которую выкинули в канализацию, как остывший кофе.

Дно — это не место. Дно — это процесс. Процесс стирания человеческого в человеке. И этот процесс идет прямо сейчас. Во всех городах мира. Под нашими ногами.

Джек Лондон — это мальчишка, который пришел на экзамен с ответами. И вот он сидит, заполнив свой бланк за три минуты, и смотрит на то, как другие вокруг него мучаются над сложными задачами, у кого-то проступают слезы, кто-то нервно грызет ручку. Мальчишка свой экзамен уже сдал, и ответами он делится не будет.

Иногда, когда я стою в пробке на машине, смотрю на автобус рядом. Там люди как селедки в банке, с лицами мучеников, прижатые друг к другу, в неудобных позах, пытаются держаться — чтобы не упасть. И я смотрю на них, и не чувствую превосходства. Я чувствую стыд. Стыд за свой комфорт, который стал стеной. И я не могу выйти, зайти к ним и мучаться рядом с ними из солидарности, они меня за это, скорее всего, проклянут — ведь места стало еще меньше и дышать стало труднее. И что мне сказать им «простите за то, что у меня есть машина». Да нет... Я могу только смотреть. И чувствовать свое одиночество и их коллективную усталость. Хотя мы, вообще-то все стоим в одной пробке.

Пациент с насморком стоит в одной очереди в регистратуру с пациентом, болеющим раком. Осознание, что все в итоге в одной больнице под названием «жизнь». Просто у кого-то насморк, а у кого-то рак. Разве здесь есть место осуждению?

Часто смотрите под ноги? А там ведь муравьи... Ходят себе по своим муравьиным делам, тащат на своих спинах зернышки. Я вот боюсь наступить на такого. Хотя, подумать, какое мне дело, большому человеку, о делах маленького муравья? А он ведь тащит... Он ведь чем-то занят. Просто — опустить взгляд, дать пройти. Признать его право на его путь и его ношу.

И вот почему сначала было неловко. Лондон смотрит на бездну с блокнотом в руках. Он — исследователь, пришедший взять материал. Его «я» было слишком много. Цивилизованный человек, который ведёт репортаж. Он фиксирует ужас, но между ним и ужасом стекло его профессиональной задачи. Он — гид, а мы — туристы в аду.

А есть иной способ. Например, Достоевский, которой ненадолго спускается в бездну. Но он поднимает её с собой. Он не наблюдает за Мармеладовым — он дышит с ним одним воздухом, чувствует его унижение своими нервными окончаниями. Его «дно» — не социальный слой, а экзистенциальная рана, болезнь души, которой заражён он сам. Здесь нет стекла. Здесь — открытая рана, которая прирастает к читателю.

Лондон показывает социальную болезнь, которую нужно лечить. Его финал — призыв к действию, обращение к обществу. Достоевский вскрывает экзистенциальную рану, которую нужно принять и нести. Он не кричит «исправьте систему!» — он шепчет: «Взгляни в свою душу. Это дно — и в тебе».

Первый требует действий. Второй — преображения. И, возможно, нужно как-то уместить их обоих в своей душе.

И, может быть, единственный способ вынести это — смотреть на каждого человека, даже самого потерянного, и видеть в нём того младенца, каким он был когда-то. Того, кто ещё не знал про "контрольные", "автобусы" и "больницы". Кто верил, что мир — это солнце, птицы и тёплые руки. И помнить, что под всеми слоями грязи, усталости и отчаяния в каждом живёт тот самый ребёнок. И его одного — может быть, и стоит спасать.

Летом 1902 года Лондон отправился в кварталы Ист-Энда, чтобы собственнными глазами увидеть жизнь тех, кто оказался за чертой бедности, кто вынужден выбиваться из сил, надеясь не умереть от голода и нищеты. Обобщая опыт, полученный в этом путешествии, Джек задаётся вопросом о жизнеспособности цивилизации, создающей всевозможные новые блага, но не облегчающей участь простого человека.

Прочитала я эту книгу достаточно быстро, хоть она и написана, как исследование, часто содержит перечисление фактов и выдержки со статистикой. Чтобы лучше понять это общество людей, он сам переоделся бедняком и находился в этой среде некоторое время. Ходил на раздачи еды нуждающимся, ночевал в ночлежке и пытался найти работу, чтобы посмотреть так ли трудно её получить.

Жизнь этих людей даже нельзя так называть, это выживание, при чем на самой грани смерти. Большие семьи живут в одной маленькой комнате; денег едва хватает на аренду, не говоря уже о том, что нужно на что-то есть, одеваться, покупать лекарства; работать приходить по 12-14 часов в день почти без перерывов, потому что плата (чаще всего) именно за объем выполненной работы; антисанитария, голод, болезни, самоубийства - все это часть привычной жизни Ист-Энда.

Самое грустное, что очень многие люди, с которыми Лондон имел возможность поговорить, не виноваты в своей бедности. Кто-то стал слишком стар и его списали в утиль. Кто-то пострадал на рабочем месте и вместо того, чтобы ему помочь и оплатить лечение, его также отправили куда подальше. Даже самые трудолюбивые и опытные работники живут на грани, поскольку рабочих мест в разы меньше, чем тех, кто готов эти места занимать.

Страна вообще не заботится об этих людях. Очень показательна сцена коронации, когда все в городе собираются посмотреть на процессию, надевают лучшие наряды, да и король весь расшит золотом. Но если пройти буквально пару кварталов от этого блеска, то увидишь человеческий муравейник с существами, которых и людьми назвать-то сложно. И во время самой коронации бедняки стремятся в парки, чтобы им удалось немного поспать и отдохнуть, пока полиция занята другим и не прогонит их. Ведь им никогда не дают даже преклонить голову ночью ни в подворотне, ни в парке, ни на улице, а поскольку не у всех есть возможность оплатить даже МЕСТО ПОД КРОВАТЬЮ в съёмной комнате, им приходится ночами напролёт скитаться по улицам без возможности отдохнуть. Что самое интересное, днем то спать в парке можно, а ночью нет. Что абсолютный абсурд, ведь днем в парке находится и богатый люд, который, по идее, должен испытывать отвращение, находясь рядом с этими людьми, так почему не пустить их спать ночью, а днем они уйдут куда-нибудь и не будут "портить внешний вид города".

Сам Джек просто в ужасе от того, что происходит в этой части Лондона. Попробовав еду, он понял, что это просто помои. Те же чай и кофе трудно так называть, но, поскольку бедняки не пробовали хорошего, они просто восторгаются этими напитками, когда у них есть возможность их употребить. Побывав в ночлежке и попробовав с товарищем сбор хмеля, он с радостью чуть ли не бежал в свою комнату, где наедался, принимал ванну и спал по 14 часов, чтобы оправиться от 1 дня среди условий Ист-Энда. Но бедняки-то не могут просто все бросить как Джек, им приходится идти на уступки и с работодателями, и с держателями ночлежек, и с раздатчиками еды, даже если те считают их за тупой скот и относятся к ним отвратительно.

Хотя, касательно самого Джека, он кажется слабоватым. Хоть и сказано, что он занимался в своей жизни и тяжёлым трудом, и бродяжничал, и переносил жуткий холод на севере, он в этой конкретной книге ведёт себя как слабак. Не поспал 24 часа и уже он на грани изнеможения. Не поел тоже буквально день, при том, что не занимался трудом, и уже он жутко голоден. После его жалоб на это, мне стало несколько неприятно за ним следить, ведь он показался мне такой неженкой. И ещё меня смутили некоторые комментарии в сторону бедняков, которые тоже оставляют место для вопросов к автору. Я ещё с книги "Мятеж на Эльсиноре" к нему присматриваюсь, чтобы понять был ли там его собственный образ мышления или просто изображение мерзкого персонажа. Пока вопросы остаются...

Придирки к изданию Азбука-классика: не хватает перевода валюты. Из-за этого не понятно, сколько денег циркулирует вокруг. И само издание бракованное, так как картинка на корешке не совпадает с обложкой (что должно быть в этом издании), там изображена вместо этого обложка "Мятежа на Эльсиноре".

Книгу рекомендую, так как важно знать о том, что была и есть такая жизнь, что люди терпят лишения и страдания. Это поможет шире взглянуть на мир и может почувствовать, что в нашей жизни все не так плохо, по сравнению с этими людьми, которые обречены на страдания и скорую смерть.

Это не художественное творение Джека Лондона (очень люблю его книги), а документальное, социологическое исследование. Очерк о том, как автор побывал на дне лондонского общества и своими глазами увидел жизнь бедных. Джек Лондон задает себе и нам вопросы: почему же в такой богатой ( национальный доход на каждого англичанина - 300 фунтов стерлингов), цивилизованной и ведущей стране мира, столько голодных, нищих и бездомных? Почему такая высокая смертность среди бедного населения Лондона? В последней главе он вскрывает причины. Одна из них - это система управления государством. Понравилась предпоследняя глава "Пьянство, трезвость и экономность". Небольшая выдержка о вреде пива: "... английские рабочие насквозь пропитаны пивом. Пиво делает их вялыми,  тупыми и менее трудоспособными: они утрачивают находчивость, изобретательность и живость воображения, свойственные им от природы. Едва ли правильно назвать склонность англичан к пьянству благоприобретенной, ибо, зачатые пьяными родителями, они уже в утробе матери пропитываются алкоголем. Пиво - первое, что им дают понюхать и отведать, едва они успевают появиться на свет, с ним же связаны все дальнейшие картины их детства..." Вот так.

Много примеров, сравнений уровня жизни, семейного бюджета разных слоев английского общества. Ну, и естественно, появляется желание сравнить с жизнью англичан сегодняшней.

Читал в собрании сочинений том пятый (в  тринадцати томах, издательства "Правда" 1976 года). В этом же томе интересная статья "Революция". У нас в скотских условиях жить больше не смогли и поэтому произошла революция. По-моему так.

Читайте. Интересно.