Цитаты из книги В объятиях страсти

Но если ты хочешь завести длинный личный разговор о моих чувствах, то боюсь, что ничем не смогу помочь. Я из Северного Уэльса, где люди самовыражаются, бросая камни в деревья. За последние полчаса я испытал больше чувств, чем за всю жизнь, и я уже на пределе.

— Помните, что молчание — золото. — Взглянув на Пандору, она добавила: — В твоём случае — платина.

Мужья и жены никогда не бывают полностью откровенны друг с другом, ни один брак не смог бы пережить полной искренности супругов.

Прежде чем предмет твоих забот станет дорогим сердцу, приходится много потрудиться.

Можно приручить волка, но от этого он не станет комнатной собачкой.

Дорогая, я хочу, чтобы ты была осторожна и помнила: Лондон не волшебная страна, где сплошь кондитерские и бальные залы, а каждый незнакомец - сказочный герой.

Разве я могу довольствоваться одной конфеткой, если у меня целая коробка?

Фразу "горе от ума" часто применяют к тем, кто этого не заслуживает.

Хирает (на валлийском языке) - это тоска по чему-то утерянному или никогда не существовавшему. Ты чувствуешь ее по отношению к человеку, месту или какому-то периоду своей жизни... Это печаль души. Хирает охватывает валлийца, даже когда он ближе всего к счастью, не давая забыть, что он неполноценен.

Так уж заведено в мире испокон веков: мужчины ищут красивых женщин, а женщины обменивают свою красоту на богатство.

Любовь превращает человека в полубезумную пчелу, что летает по кругу или падает на землю кверху лапками.

Часто говорят, что женское оружие это её язык... но оно далеко не единственное.

Я позволю тебе воткнуть нож мне в сердце, если это доставит тебе удовольствие и, лёжа при смерти, буду любить тебя до последнего вздоха.

Человек не имеет права называться отцом только потому, что у него когда-то очень своевременно произошёл спазм чресел.

— Фернсби, я сбегаю.
Заявление было встречно с впечатляющим хладнокровием: миссис Фернсби не проявила никакой реакции, кроме как поправила очки.
— Куда и когда, сэр?

— Успокойся, придурок, — сказал язвительно Девон, опускаясь на корточки. — Я не собираюсь тебя убивать. Твой камердинер сделает это за меня, узнав, что ты лишился двух рубашек и пиджака, сделанных на заказ, за один день.
— Я не…
— Уинтерборн, — тихо предупредил Девон, — ты оскорбил мою жену, опорочил кузину и теперь задерживаешь ужин. Сейчас самое время закрыть рот.