Цитаты из книги Бомж

Татаро-монгольское иго. Рабство. Враги помешали хорошей жизни. Царизм. Крепостное право. Монархизм и рабство мешали хорошей жизни. Советская власть. Диктатура пролетариата, государственная экономика, цензура и кровавые чекисты мешали хорошей жизни. Девяносто первый год! Свобода, равенство! Долой тюрьму народов! Проходит двадцать лет — и мы опять построили себе цензуру, бесправие, авторитарную власть и нищету большинства. Значит, народ такой. По отдельности большинство хорошие — а все вместе выходим дерьмо. И крупинки золота и сахара в этом дерьме общей картины и вони не меняют. Пока его угнетают — он плачет и мечтает о справедливости и добре. Как только поднялся до минимальной власти — стал той же сволочью, плюющей на других. Когда он раб — его жалко. Когда он хозяин — да лучше бы оставался рабом.

Авторитарный режим вынужден все жестче и полнее контролировать все сферы деятельности своих граждан, поэтому их скрытое сопротивление растет все больше. И, с одной стороны, власть должна как-то отвлечь народ и сплотить вокруг себя против внешнего врага. А с другой стороны – и это главное – у авторитарного режима, когда он закрутит гайки внутри страны, образуется большой и нерасходуемый запас авторитарности, запас авторитарной энергии. Если система создана – она должна исполнять свою функцию. Авторитарная система существует, чтоб все авторитарно упорядочивать. И когда внутри государства порядок наведен и гайки закручены – энергия авторитарной системы обращается наружу, вовне, в международное пространство. И этой системе потребно расширять свою территорию авторитарным методом, то есть через агрессию, и там тоже закручивать гайки на свой манер.

Человек ломается совсем не так, как себе представляют. Представляют: крак, и хребет с треском ломается, как ветка, и тогда человек сломан. Глупости.

Ломание человека происходит постепенно и обычно незаметно ему самому. Это не ломание — это жизнь его постепенно гнет. Сначала исподволь, вообще непонятно: копится внутренняя усталость, бессилие, безнадежность. Как бы это сказать: агрессия постепенно выдыхается и сменяется равнодушием и смирением. Все меньше сил противостоять обстоятельствам. Препятствия вселяют тревогу и тоску, их хочешь избежать. Работать все мучительнее. Даже в выходные делать что-то по дому мучительно. А лежать и ничего не делать — прекрасно; отрадно; хорошо.