Хлеб ангелов

Прожить такую насыщенную событиями, знакомствами и достижениями жизнь, чтобы в старости раз в пятилетку радовать поклонников мемуарами, может не каждый, но Патти Смит это подвластно. В свои 79 она издала новую книгу, которая меня, совершенно далёкого от её творчества, вновь покорила: за 300 страниц удалось вместе с автором подробно побывать в её детстве, принять сложное решение стать художницей и переехать в Нью-Йорк, начать творческую и певческую карьеру, выйти замуж, родить детей, потерять множество близких людей и не опустить руки.

«Хлеб ангелов», конечно, всецело оценят поклонники певицы, так как мемуары содержат множество подробных историй о создании композиций с разных её пластинок, о кажущемся сейчас немыслимым подходе к сбору команды, о легендарных выступлениях и концертных турах. Меня же, читателя более прагматичного, книга впечатлила своей художественностью и обилием ссылок на большое искусство, литературу, кинематограф (в этом она совершенно не уступает уже культовой работе «Просто дети»). Самой лиричной, трогательной и увлекательной для меня стала великолепная прустовская ретроспектива в детство Патти в Филадельфии и Нью-Джерси с яркими вспышками воспоминаний о шкодливых и даже трагичных моментах, семейных горестях, тяге к музыке и поклонению живописи. Ещё честнее и интимнее эти истории делают фотоснимки из личного архива.

Может показаться, что «Хлеб ангелов» — это одновременно и приквел, и сиквел к книге «Просто дети», расширение пространства памяти, дополняющее уже знакомые обстоятельства жизни Патти новыми волнующими оттенками. Несколько эпизодов здесь были столь шокирующе честными, что хотелось рукоплескать силе духа и характеру главной американской бунтарки XX века, чьи мемуары вновь оказываются оголённым нервом из личных переживаний и тайн (чего стоит по-гоголевски внезапная сцена с признанием своей беременности перед родителями или очень запоздалые поиски правды о собственном происхождении).

«Хлеб ангелов» к тому же безоговорочно влюбляет в окружение Смит, заставляет свежим взглядом посмотреть на её ближайших друзей, соратников и вдохновителей: меня, к примеру, уж точно побудил обратиться к библиографиям скандального Уильяма Берроуза, отважного Сэма Шепарда и обожаемого кумира Патти — Артюра Рембо. Благодарен книге за возможность соприкоснуться с настоящим творчеством за пределами материального мира и бренной повседневности, а эпиграф ко всему произведению из Николая Гоголя и вовсе хочу оставить стикером на собственном сердце: «Препятствия суть наши крылья».