Планария

Сборник был впервые опубликованный в Японии в 2000 году. Он состоит из пяти простых историй о жизни женщин в разных обстоятельствах. Стиль повествования довольно плотный: здесь мало диалогов, но все рассказы посвящены жизни самых обычных людей, поэтому книга читается легко.

Все ли в порядке? Мне лень отвечать подробно, и обычно я говорю: “Все в порядке”. Но сама я не знаю, все ли вообще в порядке и что это значит.

В рассказе «Планария» героиня борется с онкологией физически и ментально – болезнь незримо продолжает присутствовать в ее жизни даже после полного излечения. В «Обнаженных» безработная женщина проводит время за изготовлением мягких игрушек. Мать беспокоится за дочь, которая пропадает по ночам в «Здесь, а не где-то еще». Рассказ «Во власти дилеммы» описывает метания женщины, на которую давит бойфренд с замужеством, а она уже не уверена, любит ли его еще. «Завтра, в котором есть любовь» – рассказ, в котором главный герой мужчина: о странных отношениях с бездомной женщиной-хиромантом.

Ямамото исследует давление, которое общество оказывает на женщин, требуя замужества и детей, но в то же время – полноценной карьеры. Ее героиням не поможет магия, коты или рецепты из детства, они должны и справляются со своими невзгодами самостоятельно. Всех их объединяет в первую очередь чувство одиночества в борьбе против жизни. При этом они достаточно сильны, чтобы, опираясь только на свою волю и решимость, впервые в жизни сделать что-то не для других – для себя.

«Планария» Фумио Ямамото — сборник очень личных рассказов о японских женщинах, которые ищут свой путь в нестабильном мире. Каждая история — это столкновение с кризисом, а название отсылает к желанию одной из героинь переродиться в планарию и так же называется и первый рассказ книги.

Книга была выбрана интуитивно, но эта случайность будто открыла дверь в чужой, но удивительно близкий внутренний мир. Перед читателем разворачивается пять историй — каждая затрагивает свой болезненный или пронзительный вопрос. В одной приходится окунуться в настоящую и всепоглощающую лавину болезни, в другой — посмотреть на мир мужчин глазами женщины. Где‑то героиня заново ищет себя, а в одном рассказе повествование и вовсе ведётся от лица мужчины — и через его взгляд раскрываются судьбы женщин. Эти смены оптики не разрывают ткань сборника, а, напротив, сплетают разные голоса в единую картину. И хотя речь идёт о Японии конца девяностых — начала нулевых, темы, которые поднимает Ямамото, не теряют актуальности и сейчас.

Рассказы коротки, но предельно ёмки, ими проникаешься…и вдруг текст обрывается. Эта недосказанность не оставляет ощущения незавершённости, а, наоборот, придаёт историям особое очарование. Открытые финалы делают рассказы реалистичнее: ведь и в жизни не на все вопросы находятся ответы.

Автору удаётся с поразительной точностью заглянуть в головы своих героев — читатель словно становится невидимым свидетелем их мыслей и сомнений. Ямамото тонко передаёт атмосферу происходящего и пробуждает в читателе собственные размышления. Её героини не совершают громких поступков — они тихо бунтуют против навязанных ролей. Каждая из них выбирает: плыть по течению или сохранить себя — и этот выбор звучит честнее, чем любой готовый ответ.

В этих лаконичных историях кроется немало поводов для внутреннего диалога. Он предлагает прожить чужой опыт и найти в нём что‑то своё. Спустя четверть века после первой публикации «Планария» по‑прежнему созвучна читателю — и, кажется, будет созвучна ещё долго.