Простить, забыть, воскреснуть

"Когда я писала этот роман, мне казалось, что я никогда не смогу поставить финальную точку"

А уж читатель-то как ждет этой финальной точки! По количеству лишних для развития сюжета букв и слов (видимо, с целью увеличить объем произведения) Аньес Мартен-Люган может смело потягать с ранним Жоэлем Диккером. Итак, о книге. Писательница-романистка Ребекка второй год не может написать ни строчки, находясь в глубоком творческом кризисе. И не только в творческом. С мужем разлад, прежние чувства ушли и не понятно, что делать дальше. Дети вполне себе самостоятельные, им где-то двадцать лет, они студенты и вполне уверенно смотрят в будущее. И вдруг случайно Ребекка знакомится с мужчиной, который в порыве откровенности рассказывает ей историю своей жизни и любви, весьма и весьма драматичную. Вот он, сюжет! Книга "Простить, забыть, воскреснуть" относится к модному ныне жанру "романа в романе", читается вполне легко и бойко, особенно первая половина, где читатель знакомится с главной интригой. Потом атмосфера меняется, и все становится очень уж тягомотным. И так понятно, что будет и к чему дело идет, но надо затянуть все события по возможности еще дольше, мотивацию поступков героев сделать еще более бессмысленной, напридумывать массу лишних телодвижений. .. В итоге текст становится претенциозным, пафосным, а события и вовсе какими-то надуманными и умозрительными. Такими, что перестаешь сочувствовать героям и действительно думаешь: "Когда же это все наконец закончится?" Не могу сказать, что я пожалела о прочитанном, но и особого впечатления данное произведение не произвело.

Я уже знакома с творчеством Аньес Мартен‑Люган: прочитала два её романа. «Отель „Дача“» оставил приятное впечатление, но не настолько сильное, чтобы перечитывать его снова. А вот «Последний путь странника» покорил меня целиком и занял почётное место на полке.

От нового романа я ожидала чего‑то похожего по глубине эмоций и накалу переживаний — той самой волнительности, что захватила меня во втором произведении. В итоге мои впечатления сложились в своеобразную мозаику: в них переплелись черты обоих прочитанных ранее романов, создав нечто новое, но узнаваемое.

Перед нами — изящная конструкция «романа в романе», написанная с присущим автору мастерством. Интрига сохраняется на протяжении всей книги, не давая расслабиться и заставляя с нетерпением ждать каждой новой главы.

Примерно две трети повествования читаются залпом, на одном дыхании: слог лёгкий, но выразительный, сюжет затягивают, как водоворот, и ты невольно погружаешься в мир героев, забывая о реальности. Однако финальная треть, несмотря на все достоинства, кажется немного затянутой. Напряжение ослабевает и темп замедляется.

Через судьбу Ребекки автор затрагивает универсальные вопросы, близкие каждому, а мастерство писательницы проявляется не только в умении держать интригу, но и в тонком психологизме: она показывает, как боль одного человека может стать связующим звеном для другого, как чужая история способна пробудить к жизни угасшие эмоции и вернуть желание творить.

Несмотря на некоторую затянутость, книга оставляет светлое послевкусие. Она напоминает, что кризис — не тупик, а переход: за ним может последовать новое начало, неожиданная встреча или осознание, которое изменит взгляд на мир.