Конец парада. Каждому свое

— С того мига, когда я впервые увидела вас...
— И я... я... с первой секунды... Я вот что вам скажу... Я как будто выглянул за дверь, а там сплошные пески... но чуть в стороне... маленький родник... И он никогда не иссякнет... Наверное, вы не поймете.
— Да! Я понимаю! — воскликнула она.

Она пошла по выложенной ракушками тропинке, огороженной с обеих сторон невысоким заборчиком, горько плача. Старый бродяга с красными слезящимися глазами и жидкой седой бородой, лежавший на траве, с любопытством взглянул на нее. Он считал себя самым настоящим властителем этих мест.
— Как же истеричен женский пол! — воскликнул он, несколько нелепо изображая человека опытного и умудренного годами. — Ну, впрочем... Каждому свое, — добавил он, немного подумав.

Перво-наперво он хотел отдохнуть от самого себя и пожить, как другие люди, освободиться из смирительной рубашки собственных суждений.

Мне бы хотелось, чтобы вы были здоровой, предельно честной с собой молодой замужней чертовкой. Именно такие женщины спасают и губят этот мир.

Когда дело касалось чувств, Титженс отличался неизменной молчаливостью. Он считал, что говорить о чувствах бессмысленно. Да и думать о них — тоже.

Мне бы хотелось, чтобы вы были здоровой, предельно честной с собой молодой замужней чертовкой. Именно такие женщины спасают и губят этот мир.

Правила как карта - ты всегда знаешь куда идти - на юг или на север...

- Только, что ты... твои взгляды - безнравственны. Меня, надо сказать, они тоже часто озадачивают. Несомненно, если твои взгляды отличаются от взглядов других, и ты имеешь смелость их высказывать, люди будут подозревать тебя в безнравственности. Вот почему Пол Сандбек против тебя!..

- Не так ли поступает всякая женщина, мучавшая мужа в течение многих лет, когда теряет его? Чем больше она причиняла ему страданий, тем меньше, как она думает, у нее права его потерять.

Однако для нее ад на земле случится тогда, когда ее муж побежит – решительно и слепо – за другой женщиной.

Это была странная дружба, но в странности дружбы – залог ее длительности.

Валентайн воспитывал отец, который был мудрее, чем казалось, — он привил ей любовь к спорту и понимание того, что телесная ловкость требует целомудрия, трезвости, чистоты и тех разнообразных качеств, которые можно объединить словом «воздержание».

Возраст никоим образом не сказался на цвете ее лица, на фигуре, на плавности движений. Кожа нисколько не испортилась; однако в глазах читалось куда больше усталости, чем она хотела бы показать, но она намеренно сохраняла выражение насмешливого высокомерия. Делала она это потому, что чувствовала: чем она холоднее, тем сильней ее власть над мужчинами.

А ведь еще у нее был младший сын, который учится в Итоне... Траты бессмысленные, но благородные.

Генерал, очень высокий, худой, румяный мужчина с белыми волосами, зачесанными вперед, спрятав руки в карманы, неспешно направился к их столику. Он остановился где-то в двух ярдах поодаль, но казалось, что ушел очень далеко. Склонился над столиком, и те, кто за ним сидел, подняли на него широко распахнутые глаза — такими глазами смотрят школьники на аэростаты.

Принципы - как примерная карта местности - помогают понять, куда ты идёшь: на восток или на север.

Это была странная дружба, но в странности дружбы — залог ее длительности.

... отчего отдельные представители человечества зачастую оказываются замечательными людьми, а сам род людской в совокупности столь отвратителен. Если взять дюжину человек, среди которых не будет ни дураков, ни мерзавцев, и поручить каждому свое дело, а затем сформировать из них правительство или клуб, то притеснения, неудачи, слухи, клевета, ложь, подлость и взяточничество превратят их в то сборище волков, тигров, ласок и вшивых обезьян, на которое так походит человеческое общество.