Путешествие на край жизни

Меня очень интриговала эта книга — турецкий женский автофикшн о поиске себя из 1984 года, как я могла пройти мимо? Тезер Озлю и ее литературное альтер эго едут по Европе и никак не могут остановиться. Она меняет города и страны, или хотя бы отели, следует за отголосками жизней любимых авторов, исследует свою печаль и тоску по Стамбулу. А тени Турции то и дело проскальзывают, накладываются на окружающий героиню мир, раздваивают ее зрение.

Эту книгу невозможно пересказать, в ней почти нет сюжета, читать ее — будто смотреть на волны или в окно спешащего к новому городу поезда. Рубленный, порывистый, перескакивающий слог вогнал меня в меланхоличное созерцание. И поэтому запоминается скорее чувственный пласт текста: больной зуб, усталость, давящая на лоб, капельки пота, стекающие по коже, желание нигде не останавливаться, всегда куда-то бежать, раз не можешь прибежать к себе домой.

Героиня преследует тени своих любимых писателей, с заметным упорством путая названия книг (и в этом я ее понимаю, тоже часто их забываю): мысленно соединяет себя с Чезаре Павезе, изучает его боль, посещает комнату в отеле, где он совершил самоубийство. Она смотрит на дом, в котором родился Кафка, посещает его могилу. Она идет в гости к дочери Итало Звево, смотрит на фотографии его семьи, слушает истории.

И мне казалось, что это был ее способ почувствовать саму себя более плотной в этом мире. Она сознательно отстраняется от актуальных новостей — от войн, переворотов и футбольных побед — но протягивает руки в прошлое, погружает их в истории мертвых гениев. Возможно, так сказалась и болезнь самой Тезер Озлю, умершей от рака всего через два года после первой публикации этой книги, но в книге сквозит тема смерти, этакого собирания себя по частям ради последнего рывка, который еще хоть ненадолго удержит в мире.

Я наивно пыталась прочитать книгу одним заходом (ну а что там эти 120 страничек?), но забыла, как быстро меня убаюкивает и вгоняет в транс постмодернистская литература. Некоторые страницы я читала уже сквозь ресницы, вмешивая свой сон в частые строки Озлю, чтобы вернуться к ним уже утром, перечитать, вспомнить.

Очень жаль это признавать, но от книги турчанки Тезер Озлю, которую мы всем миром ждали несколько месяцев, я вовсе не получил удовольствия, более того, прочитав послесловие, мне показалось, что я усвоил этот текст на другом, более низком и тривиальном уровне, с которого роман назвать выдающимся никак не могу. «Путешествие на край жизни» — это история на стыке модерна и постмодерна, окрашенные приметами автофикшена, буквально путевые заметки девушки, охваченной бесконечной тягой к перемене мест, потому что на родине она гонима, а нигде в Европе почувствовать себя как дома уже не может. Незримыми спутниками в этом вынужденном приключении становятся любимые писатели Озлю, а именно Франц Кафка, Чезаре Павези и Итало Звево, она посещает памятные места, даже общается с их родственниками, а попутно художественными средствами выражает бесконечную тоску, исследует собственный экзистенциальный кризис и эмигрантскую ностальгию.
Помимо великолепный пассажей про вдохновивших Озлю авторов, благодаря которым невозможно самому не заинтересоваться ими и их творчеством, внутренняя рефлексия девушки прошла со мной по касательной, более того, стесняюсь отметить, но местами её голос и образ мышления в тексте меня раздражал и досадовал. В философских отступлениях с грубым и рваным слогом, будто частоколом выстроившим на строчках десятки лексических повторов, я не сумел найти ни трепетного и созвучного мне автофикшена (а его я очень люблю), ни глубокого эстетского психологизма, ни радикального феминизма, о которых так много говорилось в послесловии переводчика.
Ещё досаднее признавать это, зная, какую тяжёлую жизнь прожила писательница, как страдала от психического расстройства и рака — она безусловно стала голосом поколения для миллионов турчанок, но для меня как поклонника и ценителя турецкой литературы не запомнится совершенно. Се ля ви.

Тезер Озлю пишет книгу о путешествии на Запад. Она вспоминает своих любимых писателей, посещает места, связанные с их жизнью. Это, например Павезе. Однако книга мне не доставила особого удовольствия при чтении. Она слишком депрессивна (так мне показалось). Автор дает читателю пищу для размышлений о жизни и смерти. Это, по сути, дневниковые записи. Книга, бесспорно, постмодернисткая. А это накладывает определенный отпечаток на её восприятие. Кроме того, книга сочетает в себе черты дневниковых записей и эссе. Это позволяет автору передать восприятие героиней окружающей действительности. Её внутренний мир хаотичен. Записи как раз и показывают это читателю.