Последний доктор

чем дальше от столицы, тем целее души человеческие

чем дальше от многомиллионного, скученного центра, тем больше времени пожирать самого себя или другого

Есть ли жизнь после смерти? Да или нет, нет или да? Всё те же пресловутые проценты теории вероятностей. Есть ли, пусть не жизнь, но хотя бы что-то после смерти? Вечный вопрос, волнующий живых, вечный ответ, известный только мёртвым. Вот так застыли мы в ожидании разгадки, с тайной надеждой, – всё-таки есть.

Любовь – это даже не чувство, это отношение к действительности, к тому миру, в котором мы ставим спектакли собственной режиссуры перед более или менее благодарным зрителем. И чем менее благодарен зритель, тем яростней и витиеватей становится сюжетная линия, тем резче проступают на теле знаки отличия – отличительные знаки мученического предназначения.

Отсутствие сострадания и желание пребывать в неведении не одно и то же. Не сострадать – это всего лишь проявить холодность по отношению к другому, а отводить глаза – это уже трусость по отношению к себе, непростительная трусость, которую позволяют себе почти все представители рода человеческого.

Один из наших главных вопросов – вопрос понимания – напрямую связан с другим, не менее главным, с пространством. Невозможно мыслить линейно, говорить линейно и быть понятым, необходимо вытаскивать не по картофелине за раз, а насыпать целую картофельную гору, чтобы оценить весь размах. Невозможно рассмотреть воду, глядя на действующий водопад, но возможно увидеть всё до мельчайших деталей, если жидкость разлилась морем.

принимать себя уродом не так уж и сложно, как может показаться на первый взгляд

детство, обращаясь в воспоминания, год за годом имеет свойство приобретать всё более пасмурный оттенок

память города сосредоточена в камне и стекле

По сути своей любовь и ненависть – это одно чувство, чувство, которому сопротивляешься до последнего. А в основе его лежит то самое пресловутое узнавание, о котором когда-то писал поэт. Ведь когда любишь, пытаешься максимально узнать в другом человеке себя, а когда ненавидишь, отрицаешь это узнавание, хотя оно никуда не девается, оно всё так же находится там, где было ранее, в полости перикарда.

художник - единственный, кто способен цитировать пространство

зрелище бесполезное, но красивое

Перерабатывая руду собственных воплощений и маскировок, нахожу лишь одно истинное лицо – личико, обращённое вверх, отражающее свет отца. Бесконечно высокий уровень, занимаемый им, уровень, на который, казалось, не поднимется больше никакой другой человек, превращал меня в Дюймовочку, в то время как для него я была великаншей, закрывшей горизонт. Мы воздвигали друг друга на пьедестал, оставаясь при этом самыми близкими и родными людьми.

Если мастеру дано видеть души, с кого писался чёрный квадрат, вобравший в себя тишину, пустоту, тошнотворность и всё былое величие времени до его появления на свет?..