РекламаЭлектронная
134.9 ₽108 ₽
Ваша оценкаДолгих восемнадцать лет Константин Паустовский работал над автобиографической "Повестью о жизни". Объемное сочинение детально описывает жизнь автора с раннего детства и до начала тридцатых годов, когда Паустовский впервые почувствовал себя успешным писателем и оставил службу ради литературной карьеры.
Первые заработки и первые сочинительские опыты, война – на которой Константин Георгиевич служил санитаром и на которой в один день потерял обоих братьев, – революция, работа журналистом и, наконец...
Жанры
Купить эту книгу
РекламаКупить-20%
Рейтинг LiveLib
4,6
168 оценок
- 571%
- 424%
- 33%
- 21%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 192Хотят прочитать 248
Рецензии
Tarakosha6 ноября 2020 г.Читать далееРецензия на первый сборник автобиографического шеститомника писателя, рассказывающего о его молодости, пришедшейся на тот период, когда происходили судьбоносные события в жизни страны и мира, о людях, встреченных им на жизненном пути, окружавшим его и, может, где-то повлиявшим на него.
Данный сборник продолжает начатое повествование практически с того самого места, где был прерван предыдущий и открывает его Время больших ожиданий. Для меня эта часть стала самой интересной и насыщенной во всей книге. Писателю тут отлично удалось передать атмосферу становления нового строя в условиях абсолютной и тотальной разрухи в стране, голода и холода, дерзновенную уверенность молодости в собственных силах и возможностях.
Благодаря этому и вопреки окружающей обстановке чувствуется неумолимый оптимизм молодых, какими были в то время сам писатель и его окружение, в котором мы снова встречаем М. Булгакова , с которым К. Паустовский был еще знаком по школе в Киеве, впервые вместе с автором знакомимся с И. Бабелем , Р. Фраерманом , Э. Багрицким , а также еще никому не известным И. Ильфом .
Все они в то время проживали в шумной и колоритной Одессе, творили, знакомились, общались. Её собственный неповторимый дух и то время у автора получились очень точно схвачены и переданы, что ты сам ощущаешь себя частью того мира, нового, голодного, но полного самых светлых надежд и действительно больших ожиданий.Судя по первым книгам автобиографической прозы писателя уже можно сделать вывод, что ему долго не сиделось на одном месте, но именно благодаря этому обстоятельству удалось прожить интересную и насыщенную разнообразными событиями жизнь, познакомиться с массой увлекательных людей, которые со временем стали как и он известными и любимыми многими писателями.
После Одессы автор перемещается в Крым и Абхазию, а затем и в Грузию, чему посвящена его пятая часть Бросок на юг . Помимо местного благоухания и колорита, писателю тут пришлось пережить много неприятных минут, подхватив малярию, которая и в дальнейшем будет часто сказываться на его самочувствии.
Книга скитаний становится завершающей частью сборника автобиографической прозы, в которой в очередной раз меняется место писательской дислокации. Москва, Ленинград, Каспийское море, события на котором позже нашли свое отражение в повести Кара Бугаз .
Сборник и его последние строки словно обрываются на полуслове, нет ощущения финальной точки. С одной стороны, это понятно, потому как земную жизнь пройдя до половины, у писателя еще многое и многое было впереди, с другой же хотелось продолжения воспоминаний, хотя на всем протяжении чувствуется, что автор намеренно избегает острых углов, местами употребляет в речи слова, свойственные духу того времени, но выглядящие здесь лживо и неуместно, как необходимая дань в стремлении показать просто жизнь вне политики.
Местами его воспоминания превращаются просто в простое перечисление имен, событий и дат, без каких-либо собственных мыслей и рассуждений о происходящем, увиденном, о встреченных людях. Понятно, что он не мог, а может, и не хотел высказывать собственных суждений, но от этого порой рассказываемое теряло индивидуальность, становилось похоже на газетные сводки. Это, пожалуй, единственный, но значительный минус этой книги вкупе с тем, что концовка его предполагает продолжение, которого, увы, нет....1011,8K
olastr15 августа 2012 г.Читать далееВ отличие от первого тома «Повестей о жизни» (рецензия здесь) только четверка, а не пятерка, причем оценки идут по нисходящей: «Время больших ожиданий» - пять, «Бросок на юг»- четыре, «Книга скитаний» - три. Попробую объяснить, почему так.
«Время больших ожиданий» - очень плавно и на том же уровне продолжает предыдущее «Начало неведомого юга». Автор переместился из Киева в Одессу и жизнь пошла такая же чуднАя, если не сказать больше. Пожалуй, самая насыщенная событиями и людьми повесть. Паустовский в Одессе попал в удивительную среду, из которой вышло много известных (и не очень) писателей. Он подружился с Бабелем и Эдуардом Багрицким, знал Ильфа, который еще не написал «Двенадцать стульев» и вообще не был писателем, задушевно общался с Фраерманом («Дикая собака Динго, или Повесть о первой любви»). Паустовский до такой степени органично вписался в эту, как бы теперь сказали, тусовку, что по возвращении в Москву считался одесситом. Во «Времени больших ожиданий» смешались приметы тогдашнего быта, перлы одесского юмора и великолепные картины южной природы, в которую Паустовский погружался, как в спасительную среду.
«Бросок на юг». Как ни хороша была Одесса, но она себя исчерпала, и Паустовский двинулся дальше на юг: в Батум, Сухум, Тифлис. Это была странная жизнь, малярия терзала писателя, он бредил наяву, чему способствовал и местный колорит. И стало чувствоваться какое-то утомление. Автор устал скитаться и начал грезить уютом, я устала читать пятую по счету повесть (а он, похоже, утомился ее писать). Безупречный до этого стиль стал местами перемежаться натянутостями, не знаю, чем это объяснить. Как будто ушла непосредственность, это стало чувствоваться в конце и в полной мере проявилось в следующей книге.
«Книга скитаний». Довольно сумбурное повествование о поездках разных лет с элементами халтуры. Слова почему-то перестали литься рекой, появилось ощущение, что автор считает своим долгом писать, а вроде и не о чем. Он постоянно извиняясь, говорит, что о том или другом уже писал в других своих книгах, но должен повториться. Появились элементы «советчины», оценка событий и людей с точки зрения системы. По моему мнению, «Книга скитаний» - самая слабая повесть цикла. Ну что ж, в семье не без урода. Нужно еще принять во внимание, что между временем написания самой первой и последней повести около двадцати лет, Паустовский уже был человек немолодой и, возможно, повторялся в силу потребности подведения итогов собственной жизни, не принимая во внимание, что читателю некоторые подробности не так уж и интересны, ему краску подавай. А краски поблекли, вернее, писатель потратил их на другие, главные произведения своей жизни.
Не буду придираться к автору, который доставил мне много приятных минут своей «Повестью о жизни». Не все части написаны на одинаковом уровне, но, в целом, Константин Паустовский познакомил нас с жизнью удивительного человека на фоне бурных событий страны. Лучше всего получилась у него голодная, но полная надежд романтика первых послереволюционных лет, после этого наступили времена, о которых долго нельзя было говорить откровенно, и жилось в них такой свободолюбивой натуре, наверняка, непросто и неоднозначно. И еще раз хочется сказать (как и в первой рецензии) о любви Паустовского к природе. Именно описания природы и странствий – лучшее в его прозе, и еще рассказы о дорогих ему людях и людях, к которым он относился с уважением.
15133
LucchesePuissant30 августа 2018 г.Читать далееНа Лайвлибе много есть прекрасных отзывов о "Повести о жизни", но все же невозможно остаться в стороне и не высказать и своих эмоций, вызванных этой книгой. Во время чтения восхищаешься, сопереживаешь, споришь, в чем-то не соглашаешься с автором, пытаешься понять, не веришь, грустно улыбаешься и счастливо утираешь слезу. Но чаще всего книга Паустовского заставляет испытывать зависть. Это уже подметил кто-то из рецензентов, но повторю - да, так и есть. Вся эта длинная череда описаний того, как бедный Костик голодал, холодал, болел, не спал, терял близких и любимых, вызывает не сочувствие, а завистливое "Ух ты! Живут же люди. И что, так можно было?" Настолько наша ментальность привыкла ставить целью, смыслом и счастьем жизни комфортное существование. А оказывается, можно быть счастливым и без центрального отопления, голубых унитазов и трехразового питания. Хочется процитировать тут мою тетю-врача; она в шутку говорит "что нужно старикам? Кефир, клистир и теплый сортир." Нынешнее общество потребления чуть ли не с рождения воспитывает стариков. Любой современный школьник твердо знает, что нужно для жизни: своя жилплощадь, приличная работа, счет в банке. И вдруг - книга Паустовского, как пришелец из другого мира, другого измерения. Романтический герой - одинокий как Зорро и такой же бескорыстный. Вечный странник Константин, но не мрачный "вечный жид", а восторженный художник, влюбленный в жизнь. При чтении все время звучали строки буниновской "Балагулы":
Балагула убегает и трясет меня.
Рыжий Айзик правит парой и сосет тютюн.
Алый мак во ржи мелькает - лепестки огня.
Золотятся, льются нити телеграфных струн.«Айзик, Айзик, вы заснули!» - «Ха! А разве пан
Едет в город с интересом? Пан - поэт, артист!»
Правда, правда. Что мне этот грязный Аккерман?
Степь привольна, день прохладен, воздух сух и чист.
Был я сыном, братом, другом, мужем и отцом,
Был в довольстве... Все насмарку! Все не то, не то!
Заплачу за путь венчальным золотым кольцом,
А потом... Потом в таверну: вывезет лото!
<1906-1907>14658
Константин Паустовский
0
(0)
Цитаты
serovad16 января 2014 г.Бессильное сожаление о том, что мы могли бы сделать и чего мы не сделали по лености, по нашему удивительному умению убивать время на малые житейские необходимости и заботы, приходит к нам, как правило, слишком поздно.
Сколько мы могли бы написать интересных вещей, если бы не тратили время на пустяки!
2613,4K
booktherapy8 июня 2025 г.Старое перемешалось с новым, как перемешиваются вещи в корзине от сильного толчка.
25206- serovad16 января 2014 г.
Может быть, взгляд в спину уходящего навсегда человека – самое страшное, что приходится переживать.
258,1K
Подборки с этой книгой
Спасатели, на помощь! Советская литература.
- 224 книги
Мемуарно-биографическая литература
- 704 книги
Хорошо бы послушать...
- 1 449 книг
Моя книжная каша
- 16 163 книги
Россия
- 626 книг
Другие издания
