玛拉和莫洛克

ты всегда была такой злой или смерть тебя так скрасила?

Какой будет толк от меча в твоей руке, если ты запутаешься в юбках?!

Уже понятно, что он любитель коллекционировать красивые побрякушки. А меня, похоже, он считает частью коллекции.

– Ты с первой минуты показался мне занозой в заднице, – фыркаю я, расслабленно уходя по кругу.
– Приятно слышать, что я настолько глубоко задел твои чувства с первой минуты, – мрачно улыбается парень.

"—Ты намекнула Елене, что мы спали вместе. — Уголки его губ едва дёргаются, когда он старается скрыть улыбку.
— И много времени тебе понадобилось, чтобы это опровергнуть? — слегка наклонив голову, интересуюсь я.
— Нет.
— Что "нет"?
— Я не опровергал. Я сказал, что мне понравилось. "

Даже у их дружбы есть границы в дозволенности.

Всего двести лет, и всё полезное, что Мары сделали для людей, – забыто.

Я уверена, что нас действительно ценят только пока мы можем убивать нечисть, с которой обычным людям не справиться. Да, мы способны видеть нити жизни, способны их обрывать. Но знания и умение сражаться – это опыт, который нам приходится нарабатывать постоянными тренировками, как и любому другому.

Тень – это место, куда попадают самые гнилые души после смерти, а также это – тьма, которая этим местом управляет.

У меня складывается впечатление, что он тоже не прочь меня проучить, хотя откуда в нас эта враждебность, ведь мы только утром познакомились.

Что может быть более интригующим, чем красивые девушки, как сама богиня, и несущие милосердную смерть?

«Разве могут кого-то бояться такие, как мы, отмеченные самой богиней смерти?»

Он – Морок, способен отправлять души на бесконечные муки, слуга самой тёмной и непонятной силы даже для Мар, своим мечом косит людей ничуть не хуже, чем чума. Но его коня зовут Сахарок, и Аарон не забывает помимо овса дать лошадям что-то вкусное

Я не отстраняюсь, когда холодные губы касаются моей щеки, а прикрываю глаза, пытаясь избавиться от воспоминаний о тёплых губах Аарона.  Негодяй, всё испортил своим поцелуем, завёл моё сердце и заполонил мысли.  Я с недовольством смотрю в его сторону, а тот отвечает мне не менее раздражённым взглядом.

Я никогда не была такой. Злой, ядовитой лгуньей, выплёвывающей слова, словно желчь. Но я совсем одна, и я устала, что все вертят мной, будто пешкой на шахматной доске. Я не просилась в эту игру, это они меня в неё втянули.

Даниил оборачивается на меня и вновь расплывается в улыбке. Либо он не замечает, как выводит меня из себя, либо он делает это специально, потому что ему это нравится. И судя по внимательному взгляду, который принц упрямо прячет за шутками и комплиментами, я склоняюсь ко второму.

Никогда не показывай слабости перед монаршими особами.

– Прости, но я не уверена, что ты даже сальвию от крапивы способен отличить. – Саль… что?– Шалфей! – Так и говори, что шалфей!