2 брата: Валентин Катаев и Евгений Петров на корабле советской истории

"Цветик-Семицветик", который нам читала воспитательница в детском саду - а я на что потратила бы лепестки? "Сын полка" лет в восемь: ужас-ужас, ненавижу про войну, дальше первой главы не продвинулась и помню до сих пор только, что по крестьянскому обычаю, когда угощают, нужно трижды сказать: "Спасибо, мы не голодные", даже если перед тобой, помирающим с голоду, ставят тушенку. "Белеет парус одинокий" проглотила, не отрываясь и тотчас перечитала. "Маленькая железная дверь в стене",: сначала - ой, это про Ленина, потом - ну, вообще-то ничего. Подруга Ира лет в четырнадцать: "Майка, какую я книгу читаю! "Алмазный мой венец" Катаева, он там про всех поэтов и писателей рассказывает, только у него они под псевдонимами: Маяковский - "командор", Есенин - "царевич". Киваю, вежливо улыбаюсь, у меня на уме укладка волос плойкой и Андрей, из параллельного. "Венец" и "Уже написан Вертер" прочту, перевалив за середину жизни, да, восхитительно.

И я не допускаю мысли,что все это, такое разное, в диапазоне эмоционального восприятия от влюбленности до ненависти - что написал один человек. С Евгением Петровым все наоборот. Сначала Миронов: "Белеет мой парус такой одинокий на фоне больших кораблей" - уморительно смешное кино. И кто-то говорит : "А книга лучше". Вот эта, на полке, скучного вида, "Двенадцать стульев" - читаю, смеюсь, грущу в финале, мама утешает, что есть продолжение, "Золотой теленок". Недоумеваю, какое продолжение без Бендера, но он, живой, с тонким шрамом на шее - Ура! И всю следующую жизнь опознаем своих по способности обмениваться цитатами. А что еще написали Ильф и Петров? "Одноэтажную Америку", но она не смешная? Правда, несмешная. Петров брат Катаева? Что вы говорите?

Дважды лауреат "Большой книги", отменный рассказчик и серьезный, знающий, доскональный специалист по литературе раннесоветского периода, историк и литературовед Сергей Беляков после книги о Льве Гумилеве (которая на самом деле гумилевско-ахматовская) и Муре - Георгии Эфроне (которая эфрон-цветаевская), обращается к сдвоенной биографии братьев Катаевых. И вы наверняка поняли, что также это и об Ильфе, Олеше, Багрицком, Кольцове, Булгакове, Мандельштаме, Фадееве, Эренбурге и десятках других персонажей, которые заглянут сюда, привлеченные пассионарной гравитацией старшего из братьев, всегдашнего центра притяжения.

"2 брата", с дополнительным расшифровывающим подзаголовком "Валентин Катаев и Евгений Петров на корабле советской истории" - это именно парная биография братьев, человеческая и творческая, которая закончится смертью Евгения в 1942. Следующие сорок четыре года Валентина в статусе угасающего живого советского классика, конформиста и гедониста; которые внезапно взорвутся на девятом его десятке сверхновой "мовизмов", и читающая публика станет рвать его книги друг у друга из рук - удостоятся короткого эпилога (библиография займет полсотни страниц, и это не считая подробных пруф-сносок почти на каждой странице основного текста). Он не в обиде, о Валентине Петровиче-соло написаны пласты биографической литературы, в отличие от Евгения Петровича, которого все биографы (на порядок меньшее число) рассматривали как часть другой пары - соавторской.

Дар рассказчика-беллетриста в Белякове сочетается с фактологической дотошностью, а внимание к деталям - с редким синтетическим подходом. Рассказывая о военной службе Валентина Петровича в годы Мировой, он не обойдет вниманием ни одного аспекта: от особенностей обмундирования вольноопределяющихся до конструкции противогаза; от того, как враги-болгары в рассказе "Ночью" трансформировались через десятилетия в более понятных немцев до отношения В.П. к убийству (люди, созданные и не созданные для войны). Так здесь со всем, вот служба Евгения в уголовном розыске, где показал себя как самый результативный сыщик, сочетавший, к тому же, работу оперуполномоченного и следователя. Подробный рассказ о налаженной им агентурной сети, развенчание мифа о нем, как прототипе героя "Зеленого фургона" (в который хотелось верить); трагифарсовая история о молодом вине, распиваемом в ходе дознания с подследственными, стоившая ему служебного расследования с реальным арестом. И о том как загнал себя работой до полного нервного истощения, и какой неоценимой была помощь Валентина с переездом в Москву.

К слову о прототипах, после книги не остается сомнений в отношении фигуры. с которой писался циник с бандитским шиком Остап Бендер. И нет, этой тайны я здесь не раскрою Что до загадки гибели Евгения Петрова в авиакатастрофе, половина участников которой выжила, то о ней автор рассказывает подробно и рассматривает многие версии, выдвигая подтвержденную аргументами собственную, с которой трудно не согласиться.

Солидное кропотливое исследование, которое читается как остросюжетный роман.

Если Вы не читали у Валентина Катаева "Траву забвенья", "Уже написан Вертер", "Зимний ветер" (из тетралогии "Волны чёрного моря"), "Алмазный мой венец" - эта книга для ВАС! Я не скажу, что книга плохо написана - нет, читается легко, хороший язык, но она безумно вторична! Писать биографию писателя по его практически автобиографическим книгам, да ещё использовать в качестве первоисточника недавно изданную в ЖЗЛ книгу своего ровесника Шаргунова - странное занятие. Нет, это не плагиат, Беляков активно цитирует (одних примечаний под две тысячи). Очень это напомнило книгу Олега Лекманова "Жизнь прошла. А молодость длится..." путеводитель по книге Ирины Одоевцевой " На берегах Невы". Примечания и постоянные уточнения Лекманова (это было не так, а по другому, и слова сказаны другие, и даты ошибочны...) просто испортили чтение. Нон-фикшн - это не документальная проза! Тоже и здесь. Какая нам сейчас разница одно собрание литераторов было или три, 1913 год или 1914, немцы обстреливали позиции или болгары. В общем представлено толкование книг Катаева. Получился добротный реферат с громадной библиографией, готовыми оценками и выводами. Называть Катаева конформистом человеку из поколения, которое само ничего не видело, не создало, и является наиболее конформистским за последние 100 лет? Смешно! В общем, читайте самого Катаева, Валентин Петрович это безусловно заслужил. И будет Вам и прекрасная литература, и эпоха в лицах, причем из уст современника. К сожалению у нас на ЛЛ "Траву забвения" прочитали всего 26 человек! Так ведь скоро и у "Белеет парус одинокий" читателей не будет... Тоже мне конформист. Когда был опубликован его "Уже написан Вертер" - самое антисоветское произведение из написанных в послевоенном СССР (в нем ставилось под сомнение необходимость революции в России) даже Андропов, тяжело вздохнув, просто запретил полемику в прессе по этому роману. Приспособленец? Ага, и при этом глав.ред. "Юности", который, в частности, открыл Василия Аксёнова. Всегда в ногу со временем? Ну так его повесть "Время вперед" вдохновила Свиридова на его гениальную оркестровую сюиту.. Может я зря так прошелся по Белякову, тем более, что он там про Евгения Петрова написал не дочитал. Но писать биографии писателей - неблагодарная задача - всё что они хотели о себе сказать они сказали в своих книгах, всё остальное - их частная жизнь.

Название книги Сергея Белякова "2 брата: Валентин Катаев и Евгений Петров на корабле советской истории" говорит само за себя - она о двух братьях-писателях Катаевых, один из которых написал такие произведения как "Белеет парус одинокий", "Сын полка", "Алмазный мой венец", другой же творил вместе с Ильей Ильфом и написал "12 стульев", "Золотого теленка", "Одноэтажную Америку".

Эта книга - обширный экскурс в историю литературы и вообще нашей страны с начала XX века, автор рассказывает не только о литературном поприще братьев, но и о той общественной деятельности, которой они занимались в непростное для страны время.

На страницах книги можно встретить Илью Ильфа, Ивана Бунина, которого Валентин Катаев считал своим учителем, Юрия Олешу, Владимира Маяковского, Илью Эренбурга, Александра Фадеева и других. Это время, когда выходила газета "Гудок" и журнал "Крокодил", "Литературная газета", в которой Евгений Петров был замом главного редактора. В 1930-е годы многие люди подверглись репрессиям, снимались с должностей покровители писателей и близкие им люди, но писатели и поэты продолжали творить.

Автор переработал огромное количество материала, если судить по представленной библиографии, и порой это были мемуары или отзывы других людей о главных героях книги. Катаевы здесь не идеализируются, у обоих были как достоинства, так и недостатки, о которых Сергей Беляков и упоминает. Оба из них могли показать свой характер в той или иной ситуации и только читателю решать, правильно ли они поступали в те времена, когда было в порядке вещей принимать участие в травле литераторов (Евгения Замятина, Бориса Пильняка), принимать участие в коллективных письмах против того или иного ученого или политического деятеля.

Кто из этих двух писателей внёс больший вклад в историю как общественной деятельностью, так и литературой - решать читателю, Валентин Катаев прожил долгую жизнь и умер в 89 лет, его младший брат Евгений Петров - в 39 лет, разбившись на самолёте при странных обстоятельствах...

В общем, мир довольно красив, и мне печально, что я заметил это так поздно.

Это парная биография двух писателей, но заканчивается она 1942 годом, когда трагически погиб Евгений Петров, младший из братьев. Дальнейшую жизнь Валентина Катаева автор не рассматривает, тот уже был живым классиком, в статусе которого и жил...

Книга интересна будет не только почитателям данных писателей, но и тем, кто интересуется той эпохой начала XX века, когда творили многие замечательные писатели, поэты еще Серебряного века, тем кто хочет узнать, как создавался тот или иной роман, как жили люди в те годы...