Тайны Мегрэ

Первые дни весны в Париже могут расшевелить кого угодно, даже такого флегматичного месье, как комиссар Мегрэ. Душа требует чего-то... чего-то... может, устриц с белым вином? Не это ли было причиной, по которой комиссар согласился глянуть буквально одним глазком на дело обвинённого в убийстве деревенского учителя - а деревня эта недалеко от Ла-Рошели, в самых что ни на есть устричных краях? Или всё-таки вот это:

– Объясните толком, почему вы решили приехать ко мне. – Потому что я верю вам. Я знаю, что вы, если захотите, установите правду.

Учителя обвиняют в убийстве старухи - никак не назовёшь ей старушкой, божьим одуванчиком, настолько это мерзкая личность - из совершенно неожиданного оружия, духового ружья, каковое имеется у каждого мальчишки в деревне. Она бы и не погибла, если бы убийца не попал прямо в глаз - оружие это эффективно максимум против крыс и другой мелкой живности. Почему же именно учителя сочли виновным? Да потому что это - деревня, а учитель живёт тут совсем недавно.

Понимаете, это как в семье. Все имеют право ненавидеть друг друга, и никто за это не будет в обиде. Но если вмешивается посторонний, дело принимает совсем другой оборот. Да, все ненавидели Леони. Но Гастена и его жену все ненавидят еще сильнее.

И к тому же есть свидетельство одного из учеников, что он видел учителя именно возле сарая, откуда выстрелить было проще простого. Приехав, Мегрэ первым делом погружается в атмосферу, напоминающую его собственное детство в похожем посёлке, а потом уж берётся за размышления, которые, увы, не подкрепишь устрицами - не сезон, оказывается...

Кто-то, любой сосед, повздоривший с Леони Бирар (а они все ругались с ней), кто-то, с кем она особо вызывающе себя вела, мог в порыве ярости выстрелить издалека, чтобы напугать ее или разбить стекла, даже не собираясь ее убивать.

Причина действительно могла быть у всех, непричастность учителя не кажется комиссару несомненной, но что-то ему не даёт покоя, что-то не сходится.

Люди отвечают неохотно. Когда они вдаются в детали, то начинают говорить так путано, что это только осложняет дело.

Ненадёжность свидетелей, за душой у каждого есть свои грешки, не помешала Мегрэ разобраться в деле...

Сборник, включающий три романа: "Мегрэ в меблированных комнатах", "Мегрэ в школе" и "Мегрэ и привидение", все три - в переводе Элли(?) Болдиной. Так уж получилось, что у меня имеется собрание романов Сименона, но полным назвать его сложно, поскольку - ни одно из издательств не сподобилось выпустить все романы о Мегрэ в одной серии. Поэтому периодически я вылавливаю отсутствующий в моей коллекции роман, как случилось и с этой книгой, а "попутно" перечитываю и те, которые читала раньше. Романы Сименона написаны простым языком, в них много диалогов, Мегрэ остается неизменным на протяжении всего цикла... и прочие блаблабла недостатки этих произведений я вполне осознаю, но - нежно люблю полицейского комиссара за его человечность и житейскую мудрость (и еще по одной алогичной причине, но к романам Сименона это почти не имеет отношения). Сименону определенно были интересны люди-человеки, а вместе с ним они интересны и Мегрэ. Иногда какие-то отношения простых обывателей читаются так увлекательно, что хочется узнать, что с ними случилось дальше, после завершения расследования. А еще в этих историях запечатлен Париж первой половины двадцатого века, уже исчезнувший под наплывом прогресса и мигрантов. Собственно, в романах сборника он уже немного анахроничен, хотя где-то и упоминаются "арабы", порезавшие кого-то там на перекрестке. Это Париж меблированных комнат (хотя правильно, все-таки, было бы "доходных домов"), семейных бистро с деревенским "домашним" вином, внутренних дворов, где играют ребятишки и старики, лавчонок на первых этажах... Клошаров под мостами и рыбаков на Сене. Этот мир вызывает странное романтическое ностальджи, хотя, чего уж скрывать, во Франции я никогда не бывала. Впрочем, главное с романами Сименона - это вовремя остановиться. Наесться этими тремя и не отправиться перечитывать остальные.

Приобретенная за символическую одну гривну эта книга положила начало моему знакомству с Жоржем Сименоном, которого одни называют мэтром детективного жанра, а другие при упоминании его имени изрекают: "Он писал и серьезные вещи, не только о Мегрэ". А мне они оба понравились: и Сименон, и его благородный комиссар полиции Мегрэ.

Характер произведения лучше автора мне не охарактеризовать, а ведь этот рассказ пользовался особой любовью Сименона: "Лично мне он очень нравится.Немного приглушенный, размытый, словно этюд в миноре". (Из письма Свену Нильсону, 23 февраля 1953 года).