Цитаты из книги Стены

Когда мать увидела таблетки и направление, она вынесла вердикт: «Ты ничем не больна, не выдумывай. Если ты и больна, то только ленью, эгоизмом и потребительским отношением к людям. Тебе надо не таблетки глотать, а менять себя».

Талия пятьдесят три сантиметра. Я победила. Дальше худеть опасно. Меня слишком мало. Моя душа стала больше тела.

Кота назвали Милошем в приюте, и мы решили не менять ему имя. «Интересно, он типа Милош Форман или Чеслав Милош?» – задумался Марк и вынес вердикт: «Он – Милош Жопич».

Мне было стыдно за то, что я верила в мистику и колдовство, как малограмотная деревенская бабка, и на философский факультет я поступала, провозгласив себя элиминативной материалисткой. То есть считала, что души не существует, а все ментальные состояния человека сводятся к биологии.

Критика к своему состоянию – это когда понимаешь, что с тобой что-то не так.

Позже Василиса Викторовна перестала насылать на всех проклятия. Она вдруг начала называть себя Барсиком. Так и говорила: «Я Барсик, злой пушистый черный кот. Дайте Барсику котлетку».

Утром Марк приклеивает на холодильник лист А4 с расчерченной таблицей. Он говорит, что я должна принимать препараты, которые назначила мне психотерапевтка из обшарпанной клиники, и отмечать каждый прием в графике. Я говорю, что не хочу принимать эти таблетки, потому что прочитала, что среди побочек – набор веса. Он говорит:
– Тебе важно быть худой или со здоровой кукухой?
– Конечно, худой.

Моя мама про такое говорила: не нытьем, так катаньем. «Не мытьем», – поправляла я. «А ты – нытьем».

Мне просто нужна кнопка «Отменить». Отменить шизофрению и ожирение

Я неликвид, списанный товар на рынке. Я больше не выдерживаю конкуренции. Так скорей бы уже просто пойти ко дну, как старая ржавая баржа.

Люди из отчаяния кидаются на кого попало, порой не объясняя свой выбор ничем. Отчаяние управляет людьми. Я могу утешить себя лишь тем, что Марк был с Алей, Лизой, Юлей, моделью Кристиной тоже из отчаяния, в попытках заглушить пустоту. Но он никогда не признается мне, как было на самом деле.

У меня есть слово – и какое! Я буду прокладывать себе дорогу словом, как герой «Побега из Шоушенка» пробивал ее геологическим молотком. Я очищу свое доброе имя от психотического позора, как чистил вилкой тюремный унитаз герой Епифанцева в культовом трэш-фильме «Зеленый слоник».

Я закрываю сессию на пятерки и четверки. Марк тоже учится неплохо в своей консерватории, хоть и жалуется на абьюзивных педагогов и вспоминает фильм «Одержимость», где преподаватель музыки постоянно орал на своего ученика: «Не в моем, сука, темпе» – пока не сломал его психику. «Ты бы точно там не выдержала», – говорит Марк.

Я пытаюсь жить свою жизнь и делать дела, несмотря на слезы. По вечерам мы с Марком смотрим «Игру престолов»: мне нравится персонаж-наемник по кличке Пес – он отдаленно напоминает Егора Летова.