«Сумма антисциентизма» — сюжет и структура

Это философский труд, написанный в жанре ортодоксологического эссе, где автор системно противопоставляет науку — как догматическую, идеологизированную форму мышления — подлинной философии сомнения и метафизического поиска.

Основная идея

Книга разворачивает антитезу науки и философии, утверждая, что современная наука превратилась в новую религию — с жрецами, догмами, обрядами, фетишами и культами («рациональность», «объективность», «прогресс»). Автор выступает не против научного знания как такового, а против научного мифа и абсолютизации эмпиризма.

Сюжетно-философская линия

Книга построена как постепенное развертывание апологии сомнения — от философского основания до тотальной критики научного мировоззрения.

Пролог.

Наука объявляется новой церковью современности. Её догмы стали недосягаемыми для критики, а её «жрецы» (учёные и рационалисты) используют риторику подавления — насмешку, авторитет, иерархию публикаций.

Первая часть — Истоки догматизма.

Анализируется, как из греческой философии выросла догматическая установка: сначала — вера в разум, потом — в эксперимент, затем — в статистику.

Вторая часть — Аргументы против науки.

Здесь выдвигается около 12 ключевых аргументов против претензий науки на абсолютную истину, среди которых:

аргумент онтологической неочевидности (всё наблюдаемое может быть иллюзией);

аргумент методологической замкнутости (наука проверяет себя самой собой);

аргумент прагматической подмены истины пользой (истина подменена эффективностью);

аргумент релятивизма языка (научные термины не универсальны, а культурно обусловлены);

аргумент социального давления (научный консенсус формируется не фактами, а авторитетом);

аргумент символической подмены (математические модели не совпадают с реальностью);

аргумент циркулярности доказательств (доказательство истинности науки опирается на саму науку);

аргумент этической нейтральности (наука не способна различить добро и зло);

аргумент онтологического дефицита (наука описывает, но не объясняет бытие);

аргумент экзистенциальной пустоты (наука не отвечает на вопрос «зачем»);

аргумент непознаваемости наблюдателя (сознание не может быть описано в категориях физики);

аргумент аналогии с теологией (у науки есть святые, пророки и апокрифы).

Третья часть — Ортодоксология как альтернатива.

Автор предлагает собственную систему — ортодоксологию, философию множественных истин и уважения к разным точкам зрения. Это своего рода «новая эпистемология», где допускается равносилие суждений (изостения) и скептическое равновесие.

Заключение — Новый органон.

Здесь подводится итог: вместо борьбы с наукой предлагается расширить поле познания, включив в него метафизику, искусство, интуицию, религию, внутренний опыт. Автор завершает книгу манифестом за «многогранное знание», где ни одна дисциплина не имеет монополии на истину.

Общее настроение

«Сумма антисциентизма» — это философский манифест против интеллектуального тоталитаризма науки, написанный в духе Пиррона, Шопенгауэра и Ницше, но с элементами собственной школы — ортодоксологии.

Текст соединяет строгую аргументацию и иронический стиль — с постоянным возвращением к идее, что сомнение — высшая форма честности.