Roadwork

-А потом что?
-Попытаюсь собраться с мыслями. Долгое время не буду употреблять наркотики. Брошу курить. - Она сделала жест рукой, и сигарета описала в воздухе дымный круг, словно намекая на то, что это не так-то просто. - Я хочу перестать врать самой себе, будто моя жизнь еще не началась. Она началась. И на двадцать процентов уже закончилась. Сметану я уже съела.

Все мыслимые экстазы и прочие удовольствия, вместе взятые, не шли ни в какое сравнение с каждодневными болью и горестями.

Человек, заинтересованный жить в этом мире, не разбрасывает деньги направо и налево.

Все города будут для тебя одинаковыми, если ничего не изменится внутри тебя. Если ты чувствуешь себя дерьмом, то и все вокруг кажется тебе дерьмом.

Он был похож на человека, которому только что отрезало обе ноги, а он пытался убедить всех, что он очень рад этому обстоятельству и с нетерпением ждет того дня, когда ему поставят новые пластиковые протезы - ведь они такие удобные: ударишься обо что-нибудь, и даже царапины не останется.

— Позвольте мне выложить карты на стол, мистер Доус, — ответил Феннер
— Мой личный опыт позволяет судить, что, произнося эту фразу, люди собираются перестать врать по мелочам ради того, чтобы соврать по-крупному.

Новая жизнь на самом деле ничем не отличается от старой; более того, это и есть та же старая жизнь, пока вы сами не загадите её настолько, что остается только плотно закрыть двери гаража, влезть в машину с включенным двигателем и ждать... Просто ждать...

– Собственно говоря, я возражаю не против Этики Дрессированной Собаки, – сказал он. – Я возражаю против того обстоятельства, что хозяева собак – умственные, моральные и духовные уроды.

Он закрыл глаза, и его последняя мысль была о том, что мир взрывается не снаружи, а внутри него, и хотя последствия взрыва были катастрофическими, размера он был совсем небольшого — скажем, примерно как грецкий орех.

«Такие дела» — как справедливо заметил Курт Воннегут.