Defending Jacob

Закон – это кувалда, а не скальпель.

За каждым хорошим браком тянется длинный хвост историй. Достаточно порой одного слова или жеста или даже простой интонации, чтобы дать толчок целому под воспоминаний.

Система хороша ровно настолько, насколько хороши люди, которые ею управляют

В любом случае всем нам рано или поздно приходится взрослеть и завязывать с детскими глупостями. Жаль, что при этом что-то неизбежно теряется.

Мы все равно останемся его родителями. С этой должности нельзя уволиться.

Интернет – это настоящая мечта прокурора, подслушивающе-записывающее устройство, которое слышит самые потаенные, самые зловещие секреты, даже те, которые никогда не были произнесены вслух. Это даже лучше, чем жучок. Жучок, вмонтированный в голову каждого из нас.

Дилемма полицейского: иногда ты не можешь доказать виновность без признания, а признание можешь получить, только если у тебя уже есть доказательства вины.

«..Мы не знаем хоть сколько-нибудь достоверно, почему люди поступают так, как поступают, и, вероятно, не узнаем этого никогда...».

Интернет - это настоящая мечта прокурора, подслушивающе-записывающее устройство, которое слышит самые потаённые, самые зловещие секреты, даже те, которые никогда не были произнесены.

В какой-то момент следователь понимает, что тоже не железный и не может сопереживать всем и каждому. Поэтому вместо переживаний он сосредотачивается на технических аспектах своей работы. Превращает это в такое же ремесло, как и любое другое.

Никого, кто стоит того, чтобы его узнавать, невозможно узнать до конца и никем, кто стоит того, чтобы им завладеть, невозможно владеть целиком.

Оглядываясь назад, сам с трудом могу поверить в то, насколько поглощен собой я был тогда, как будто центром во всей этой истории был я, а не Джейкоб и не вся наша семья. Вина сына и моя собственная вина прочно переплелись в моем мозгу, хотя никто никогда впрямую ни в чем меня не обвинял. Я, разумеется, разваливался на куски и сам это понимал. Отчетливо помню, каких усилий мне стоило держаться, делать вид, что все в порядке, не сломаться.

Как выясняется, привыкнуть можно практически к чему угодно. То, что поначалу кажется ужасным и возмутительным безобразием, со временем превращается в обыденное и перестаёт задевать.

Для лжеца открыто бросить вызов усомнившемуся в его честности – это последняя возможность сохранить лицо.

Иметь нож – не преступление. И быть глупым подростком – тоже, слава тебе господи, а не то нам пришлось бы половину из них пересажать за решетку.

Жизненные невзгоды ожесточают нас всех. Ожесточат они и вас, когда вы с ними столкнетесь – а вы непременно столкнетесь.

Ключ тут в том, чтобы не впускать чужие страдания в свою жизнь.

Но непрошибаемых людей не бывает, и уж определенно их нет среди родителей. Наши дети делают нас уязвимыми.

... я понял, что на самом деле залы суда часто делают без окон для того, чтобы оппоненты не повыкидывали из них друг друга.