Когда старая грымза приехала стращать полузнакомых дамочек, что они мужьям изменяют, а те сразу в слёзы, истерику и на колени, автор меня потерял. Думаю, навсегда. Количество морали всегда должно быть в меру. У боготворимого мною Диккенса её меньше, а там-то викторианские времена, как никак.

И ещё у одной из этих рыдающих дур фамилия Мамонова. С явным намёком на Дмитриева-Мамонова. В общем, я потеряна по дороге и вообще считаю, что мне не по пути с этим экспрессом.

Я действительно старалась, чтобы мне книга понравилась. Но на моменте, когда бабка считает себя Вершителем Правосудия и Охранителем Семейных Очагов, мои реверансы в сторону книги закончились.

И как только я разрешила себе не давить из себя хорошее отношение, выяснилось, что давила я его практически постоянно. Всё то, что было в первой книге "милыми особенностями", тут стало "попыткой повторить успешную формулу". Миляга адъютант Громов превратился в полностью непроходимого тупицу. Ему предлагают: предположи, мил друг, как могли убить жертву. Первый раз Громов вывел на самоубийство. Ему дали второй шанс. И снова он выводит на самоубийство. Я за минуту могу предположить, как женщина могла утопить мужчину в ледяной ванне. Направила пистолет и запретила вылезать, пока у того сердце не выдержало. Нет, мы знаем, как было совершенно преступление, оно было описано в предисловии. Но нет ничего невозможного, чтобы Громов не смог предположить.

Или вот наткнулся Громов на труп и слышит шаги. И с улыбкой только что народившегося Лунтика к подошедшим: "Привеееет!". Вислотский стал мартисью самого раздражающего меня пошиба - он всё видит и знает с одного взгляда. Ещё он тёмный, загадочный и демонический. Его привлекательность обеспечена гипнотически замирающими перед ним персонажами.

Не нравится мне и убийство. В середине книги нам сдают убийцу за счёт крайне индийского трюка. Что самое худшее - книгу скучно читать. Нам с самого начала сказали, что убитый - альфонс Фёдор участвовал в каком-то шантаже. И всё. Никаких новых тайн. Вислотский всё понимает с первого взгляда и загадочно (sic!) молчит. Остальные бегают. Иногда говорят: "Не погуби, батюшка!". Ах да. Если я перестала писать положительную рецензию, могу честно сознаться, что весь этот разговор "под старину", раздражает. Не похоже на Пушкина, Гоголя, Толстого (который тот же период, начало девятнадцатого века реконструировал). Зарубежных слов вообще нет, будто никто не говорил по-французски до 1812 года. Европы тоже нет, ваще не существует, как класса предметов. Полное ощущение, что я читаю Альтернативную Российскую империю, всю такую славянофильскую по всем параметрам.

Так что эти эпизоды с тем, как старенькая Рагозина вмешивается в чужие семьи, грозя найденными в доме альфонса письма, и грозится: "Вот кончай блудничать, а не то всё мужу/жениху расскажу", пришлись кстати. У вас какие ассоциации? У меня с рассказом "Конец Чарльза Огастеса Милвертона". Да, там шантаж был на деньги. Но симпатии аудитории были на стороне убийцы (!), пусть и изменницы, но которая мстила Милвертону за то, что его "правда" убила её мужа. Как люди живут друг с другом, почему изменяют - штука сложная, как и все человеческие взаимоотношения. И попытка решить их этак походя, мол, пригрозю изменнице, она сразу хорошей сделается, рвёт мой мозг. Равно как и то, что изменница ещё предварительно каялась и к старцу ходила замаливать грехи. Один такой эпизод - ладно бы, люди разные. Но два совершенно одинаковых эпизода, где у старухи бабы в ногах валяются, благодарят, ручки целуют - наносят вред всем моим понятиям об этике и морали. Аморально ведёт себя старуха. Что бы там эти бабы ни сделали и с кем бы ни спали. Кто с кем спал и по какой причине - совершенно не дело посторонней старухи. И шантажировать, мол, ещё раз изменишь, опубликую письма - это ханжество, как оно есть. Плюс эти эпизоды скучные, а это уже точно минус для книги. Вместо двух характеров - один и тот же у разных персонажей, в разных якобы эпизодах, которые никак не продвигают сюжет. Есть гарантия, что ни одна из этих баб не убийца? Нет. Они могут рыдать, а сами при этом "полюбовника" травить и мук совести не испытывать. Эпизоды только для того, чтобы сквозной персонаж Рагозина попугала окружающих, тот же сьюизм, ракурс иной.

Знаете, на каком я сейчас моменте? Теперь Вислотский запугивает персонажей (да, знакомый сьюизм). У него стальной взгляд и он говорит провинившемуся: "Вы потеряли дворянскую честь, потому что тра-ля-ля". Вообще-то, после этого стреляются. Оскорбления чести - худшие оскорбления. Тут ваще не реальная Россия. Это альтернативка с супергероями и квасом. Да, они все пьют квас. Кстати, знаете, как провинившийся оправдывается?))) "Вот так и вырос я слабодушным и изнеженным, ставящим свои интересы над понятием дворянской чести")))) Ну, нельзя так говорить. Потому что человек ставит себя вне общества. Вне любых оберегающих законов. Я даже спойлерну: персонажи упрашивают графа не выдавать, что они не заплатили карточный долг. Кстати, тоже он назывался "долг чести". Честь - понятие не только эфемерное. Пока человек обладает честью, у него есть защита и выполнение в его отношении правил от всех людей, кто придерживается этого же кодекса ("жить по понятиям" - примерно по тем же лекалам). Сознательный отказ от чести - это значит, что человека погонят поганой метлой из общества, он пария. В общем, это много хуже, чем неоплаченный карточный долг.

Голос графа дрогнул, переходя в свирепое шипение. 

И вот после всех этих старцев, самоваров и кулебяк, выведение Вислотским преступника на чистую воду (каламбур) состоит в том, что он собирается принять ванну в присутствии чужого мужика. Оно всё так сочетается, так сочетается...

В общем, давайте перечислю, что не понравилось.

1. Скучно. Мало событий, очень много повторений событий, в смысле сперва событие состоялось, потом один персонаж пересказал его другому.

2. Совершенно не объяснено, как Вислотский приходил к тем или иным выводам. В первой книге он соображал медленнее, но благодаря этому выглядел больше человеком. Тут же он с одного взгляда понимает, что и как. Причём, когда объясняет, то первый факт (о простыне) не особо убеждающий, второй (о ковре) должна была заметить полиция.

3. Как можно было не заметить в Москве на улицах человека, который был одет так, как это было заявлено?

4. Не понравились характеры. Крутизна Вислотского огорчает, так когда Громов пропадает, у него ноль эмоций. Он не выглядит крутым, он выглядит равнодушным. Ну, и все остальные характеры стали какими-то обкарнанными. Рагозина упорно издевается над воспитанницей/компаньонкой, высказывая "не тебе с твоим рылом высовываться".

В первой части было очень много интересного. Не скажу, что она была идеальной, но в ней было что-то новое. Во второй части нет ничего нового, всё это уже где-то использовалось. Трость с механизмом внутри? В десятке произведений. Даже клиффхэнгер в финале - это, по сути, перепевка "Азазеля". Это всё привело к тому, что этот роман, который явно должен давать зацепку для всего цикла, выглядит филером. Штефер, как ни странно, получился неплохим. Автор умеет создавать хорошие характеры, что и доказала первая книга. Но в этой второй ощущение, будто она двадцатая и можно просто повторять формулу, не повышая ставок. А вот во второй книге обязательно было написать, что будет повторяться во всём цикле, а что привноситься нового.

Не знаю, буду ли читать следующие части. Клиффхэнгер может "повысить ставки", а может просто стать "злодеями недели". Что бы сделала я? Взяла бы элемент, который кажется во второй части совершенно лишним, ту же компаньонку/воспитанницу Катерину, и сделала бы центральным в следующей части. То есть придала бы вот этой второй книге совсем иное звучание, более глубокое. Но как поступит автор - решать ей.

«– Знаете, как вас за глаза называют… – Адъютант набрал побольше воздуха и резко выдохнул: – Демоном.»

И не зря, скажу я вам. Ведь граф Вислотский отличается потрясающей проницательностью и интуицией. Невольно задумываешься о его нечеловеческих способностях.

В этот раз Николай Алексеевич попытается разгадать причину ухода из жизни молодого и состоятельного мужчины, смерть которого наступила необычным образом.

И, конечно же, от его взора не укроются самые мельчайшие детали преступления, на которые я совсем не обратила внимание. Но я же не граф Вислотский, так что мне простительно.

Атмосфера Царской России 19 века передана прекрасно. А элегантные костюмы, атласные туфли и кружевные перчатки наполняют картинку красками.

Книга читается легко. Сюжет неспешный, но уверенно развивается, заставляя читателя всё больше сомневаться в выборе преступника.

И вот когда ты понимаешь, что злодей найден, а в душе ты торжествуешь от верного выбора, автор преподносит неожиданный сюрприз. Все твои домыслы рушатся, а ты думаешь, что ведь были подсказки и намёки, чтобы обратить на них внимание (хотя и не так много).

В общем, если «Мраморный слон» меня удивил самим преступлением – историей с маскарадом. И этот момент сбивал с толку до самого конца. То «Шёлковая смерть» удивила финалом.

Ну и немного о любимчиках. Увы, холодный граф не покорил моё сердце. А вот княгиня Рагозина мне нравится всё больше и больше.

Эта старушка, несмотря на возраст, умна и проницательна, а живой характер заставляет невольно улыбаться.

Жду новые расследования этой парочки! Я очень надеюсь, что княгиня не отстанет от Николая Алексеевича и продолжит втягивать его в новые истории.

Уже вторая книга о графе Вислотском подтверждает, что автор нашла свою неповторимую нишу в сочетании психологической глубины, атмосферной достоверности и увлекательного расследования. Это было невероятное продолжение истории о графе Вислотском, которое я прочитала с огромным удовольствием и теперь с нетерпением жду новых дел этого необыкновенного сыщика!

Книга начинается с загадочной смерти молодого красавца Фёдора Осминова. И сразу становится ясно, что это не просто происшествие. Осминов пользовался успехом у женского пола, при этом очень себя любил. Все дамы богатые и старые были без ума от него, он искусно играет роль влюблённого и от подарков вовсе не отказывался. Его гибель в ледяной ванне, укрытой роскошным шёлком - это вызов, брошенный самому здравому смыслу. Самоубийство? Или изощрённое убийство, и кого стоит подозревать? Эти вопросы не давали мне покоя до самой последней страницы.

Как же я рада была вновь встретиться с уже знакомыми персонажами, особенно с княгиней Рагозиной! В этой книге автор уделила ей больше внимания. Ох, как же мне нравится эта старушка! Под её внешней хрупкостью и светскими манерами скрывается острый ум, железная воля и почти сыскной талант. Она не просто просительница, а как опытный следователь помогает вести расследование графу Вислотскому. Именно она, верная дружбе, приносит это дело в мрачный особняк графа. Если бы не она, так и прошло бы интересное дело мимо графа Вислотского.

Граф Вислотский как всегда старается меньше показываться на людях, в свое время он получил травму, упав с лошади, и живёт как медведь-отшельник. Его первая реакция на просьбу княгини была предсказуемой: «Всё это не моё дело и меня это не касается». Но тут такая история… Слишком уж много в ней странных нестыковок. Определённые мелочи и нелогичность вызвали интерес Вислотского, и его аналитический ум, привыкший обнажать самые тщательно скрытые тайны, не мог остаться в стороне.

Расследование получилось по-настоящему увлекательным! Необычная кампания подобралась для этого дела, и каждый персонаж, даже внезапно нагрянувший барон Штрефер, внёс свой вклад. Я буквально не могла оторваться, выстраивая версии. Кого я только не подозревала! Да и интересно было, что на самом деле произошло, и кому так насолить успел Осминов? А у всех решений и действий всегда есть последствия.

В народе Вислотского за глаза прозвали демоном, а многие считают, что какие-то иные силы помогают ему распутать каждое дело. Но секрет его успеха в другом: граф Вислотский умеет замечать детали, а тут ещё и тайны, и не все хотят, чтобы их тайна всплыла наружу, а когда ещё тут замешаны чувства, любовь, а быть может, просто страсть… Определённые мелочи и нелогичности в деле Осминова вызвали интерес Вислотского, и его методичный, почти хирургический анализ событий приковывает внимание.

А финал стал для меня настоящим подарком! Граф Вислотский разыграл «целый спектакль», чтобы вывести преступника на чистую воду, и это было гениально.

Отдельно хочется отметить деталь, которая добавляет шарма самому графу: Вислотский всё так же не расстаётся со своим знаменитым карне де баль. И, конечно, способ убийства… Все мы знаем, что методы лечения бывают разными, про ледяные ванны я наслышана, но чтобы так… Многих такие эксперименты не привлекают. Этот ледяной, почти клинический способ стал идеальной метафорой для расплаты за тёплую, но лицемерную жизнь.

Сам граф Вислотский оказался для меня интересным персонажем, в этой книге узнаёшь про него его ещё больше. Обладая таким качеством , как замечать детали, и он вовсе не обладает «иными силами», о которых говорят в народе, позволяет ему распутывать самые безнадёжные дела.

"Шёлковая смерть" - это не просто детектив, это исследование человеческой природы, тонкая игра на контрастах: шёлк и лёд, любовь и расчёт. Книга оставляет после себя приятное послевкусие и желание вновь вернуться в мир графа Вислотского. Я с нетерпением жду новых историй, чтобы снова погрузиться в эту атмосферу тайн, интриг и блестящих расследований.

Рекомендую всем, кто ценит классический детектив с историческим антуражем, глубокими персонажами и изящно закрученным сюжетом.