Цитаты из книги Чаша веселья

Усадив жену и свояченицу за подсчет реплик в пьесах Мольера и Бомарше, Полуэксов принялся разрабатывать сюжет.

Главное действующее лицо ВХОДИТ в свою комнату и видит, что жена изменяет ему с не менее важным действующим лицом. Пораженный этим фактом, он УХОДИТ. Затем СНОВА ВХОДИТ с револьвером в руке. СМЕЕТСЯ и, произнеся горький монолог, ЗАСТРЕЛИВАЕТСЯ.

Выходило очень неплохо. Свежо.

Просто старая глупая гувернантка, та самая, которая никогда не выходила на улицу, потому что там можно встретить мужчин. А мужчины - это неприлично.

• Что же тут неприличного? - говорили ей. - Ведь они ходят одетые.
• А под одеждой они всё-таки голые! - отвечала гувернантка. - Нет, вы меня не собьёте!

Мы только против превращения парка в кузницу канцелярских лозунгов и принадлежностей.

Будет чудный, вполне советский аттракцион. Человеко-гуляющий платит десять копеек и получает право просидеть в комнате пять минут, читая плакаты и расширяя таким образом свой кругозор.

В парке господствует второй сорт культуры и второй сорт отдыха. А что касается развлечений, то тут дело уже не в сорте. Их нет, этих развлечений.

В любом парке можно найти следы титанической борьбы за здоровое гулянье при блистательном отсутствии самого гулянья.

Превратить парк в место настоящего пролетарского отдыха, а не в городское четырехклассное училище для детей недостаточных мороженщиков, на которое парк очень сейчас походит.

Государство отвело чудную рощу, ассигновало деньги и сказало: «Гуляйте! Дышите воздухом! Веселитесь!» И вместо того чтобы все это проделать (гулять, дышать, веселиться!), стали мучительно думать: «Как гулять? С кем гулять? По какому способу дышать воздухом? По какому методу веселиться?»

навесить на спину каждого человеко-гуляющего художественно выполненный плакат на какую-нибудь актуальную тему — другдитевскую или госстраховскую. Например: «Пока ты здесь гуляешь, у тебя, может быть, горит квартира. Скорей застрахуй свое движимое имущество в Госстрахе». И прочее.

Здесь не гуляли. Здесь только боролись. Боролись за здоровое гулянье.

Все на борьбу за здоровое гулянье! Но никто здесь не гулял

Глаза были такие весенние, такая там чувствовалась мартовская пустота и синева, что он решил пойти на компромисс.

Писатель был неразговорчив. Сразу было видно, что это человек дела.

— Вы понимаете, — втолковывал редактор, — это должно быть занимательно, свежо, полно интересных приключений. В общем, это должен быть советский Робинзон Крузо. Так, чтобы читатель не мог оторваться.

Помимо обыкновенных, вроде кружка профзанятий, хорового пения или внешней политики, числились ещё в отчётах: Кружок по воспитанию советской матери. Кружок по перевоспитанию советского младенца. Кружок - "Изучим Арктику на практике". Кружок балетных критиков.

Не скатывайтесь в бульварщину, в нездоровую эротику.

- А Робинзон? - пролепетал Молдаванцев.

• Да. Хорошо, что вы мне напомнили. Робинзон меня смущает. Выбросьте его совсем. Нелепая, ничем не оправданная фигура нытика.

Я не художник слова, но на вашем месте я бы ввел.