Всадники ниоткуда. Трилогия

Мы посылаем луноходы и марсоходы на Луну и Марс. В перспективе будет что-то вроде универсального планетохода. Они собирают данные необходимые для изучения всего на планетах, спутниках или астероидах. Сами пока не летали. Возможно, исключение Луна, в данном случае это неважно. Факт тот, что с какой-то разумной жизнью за пределами нашей Земли, скорее всего, встретятся наши планетоходы. А почему эта самая разумная жизнь с далекой, пока нам неизвестной планеты, не может иметь похожий с нашим подход к изучению космических объектов? Вот отец и сын Абрамовы и придумали, что, следуя ранее описанной логике, к Земле прилетел землеход или инопланетный планетоход, устройство комплексно изучающее нашу планету, с функцией копирования живого и неживого материала. Устройство настолько продвинутое, что хоть с разумной планетой Солярис сравнивай. А если ты случайно обнаружил свою копию, более того, вмешался в процесс копирования... Хоть само это устройство и не имеет материальную форму толком, ну что это за форма - розовые облака, такие же прозрачные, не ухватишь, члены советской исследовательской экспедиции в Арктике, назвали эти устройства "всадниками ниоткуда", а за ними подхватили это прозвище и американцы и весь мир. Название дали практически от балды, откуда, а ниоткуда. Не укрылось от мировой общественности и то, что эти самые всадники гигантскими кубами куда-то забирали лёд из Арктики. Все не придавали этому никакого особого значения, мол, пусть берут если надо, нам не жалко. В этом главный косяк этой повести. То есть, как это, пусть берут? А как же климатические изменения, которые повлечет за собой изъятие льда в таких промышленных масштабах? Так и хотелось сказать, положь ледок на место. По сути, повесть разделена на этапы обследования Земли сиими аппаратами неземной цивилизации. Авторы так придумали, что во всех этапах поучаствовал главный герой. Собственно, она и состоит из опытов и существования в них главного и других героев.

Либо я становлюсь мазохистом, и мне начала нравится данная трилогия, либо она написана не так плохо, как предыдущая часть. Что понравилось: 1. Гораздо меньше внимания авторы уделяют научной стороне вопроса, и, следовательно, меньше ошибок. Но они все равно есть. Например, товарищ Зернов ошибся в этом:

Рядом с моей тарелкой повисла другая с таким же бифштексом, только посыпанным жареным луком. Зернов самодовольно посмеивался. — Разгадал? — Конечно. Все-таки вы пижон, молодой человек. Запишите на память: любое открытие может быть повторено в таких же лабораторных условиях. К сведению Мартина, который таращит глаза на чудо. Это не чудо, а элементарная материализация мысленной информации. Когда-нибудь мы с той же легкостью будем творить такие же чудеса на Земле. Футурологи относят эту возможность примерно к двадцать первому или двадцать второму веку. Ну а здесь пораньше справились — вот и все.

2. Больше внимания уделено сюжету. Теперь наши ученые не только выдают длинные монологи о причинах того или иного необычного процесса, который они наблюдают, как в первой части.

3. Наконец-то наши ученые супермены стали испытывать вполне человеческие эмоции. Этот момент меня даже чуть не растрогал:

В тишине, повисшей почти осязаемой тяжестью, вдруг раздался тоненький, протяжный звук. Это плакал Толька. Не по-мужски — по-детски, заливчато и жалобно

4. Самое главное – сюжет стал намного интереснее. Теперь наши товарищи попали на планету, не совсем удачно скопированную с Земли, и из-за ошибок, совершенных инопланетными облаками, сделавшими это, произошел регресс, люди больше не могли пользоваться многими благами цивилизации, возникло полицейское государство.

5. Несмотря на «возраст» книги, она не загромождена идеологией. Американец Мартин опять выставлен в хорошем свете.

Моменты, «порадовавшие» меня: 1. Наши ученые по-прежнему гениальные сверхлюди, сведущие абсолютно во всех областях. Все они в совершенстве владеют английским языком, некоторые даже немного знают французский. А Зернов просто кладезь. Он не только разбирается во льдах, но и владеет стенографией, регулярно цитирует те или иные литературные произведения и, естественно, отлично разбирается абсолютно во всех отраслях науки. А какой он скромный:

Но Зернов не откликнулся. Он уже не объяснял, а размышлял вслух. — Научная одержимость, — задумчиво повторил он. — Но разве ее не было у Эйнштейна или у Оппенгеймера? Или у Жолио-Кюри?

Но есть у него все-таки один недостаток: он так и не научился ездить верхом.

Да и главный герой Анохин не намного от него отстает. Оператор по образованию, он также имеет представление обо всех сферах научной жизни, занимается пятиборьем, отлично стреляет, на чужой планете быстро продвигается по карьерной лестнице от патрульного до начальника отдела полиции (или что-то типа того).

2. Вот этот момент оценили бы все феминистки:

— Маго — девочка, — сказал он. — Нельзя же ее принимать всерьез.

3. Как вы думаете, какова вероятность того, что в инопланетной копии Нью-Йорка будет государственное заведение с названием «Продбюро»?

4. А то, как английская лексика представлена в данной книге, вызывает во мне восторг:

«дефенс» — «защита» «фуд» — «пища» «колд» — «холод» «спортинг-файт» «Твэнтис сенчури фокс»

5. Слова типа «сие», «слыхала» в научно-фантастическом тексте также немного меня смущают.

6. А как ловко наши герои переводят фразеологические единицы! Вот, например:

— От верблюда, — откликнулся по-русски Зернов. — Извините, Дон, в переводе это будет примерно так: подумай, прежде чем спрашивать.

7. Ну а этой ошибки я просто простить не могу:

«кофе подозрительно пахло охрой».

Итог: произведение безусловно устарело, сегодня много научно-фантастических романов, описывающих приключения землян на других планетах. Но оно вполне читабельно.

Наверное, если бы я была ребенком, чье детство проходило в совсем другой стране, в 60-е годы прошлого столетия – время, когда человек вышел в космос, исследование вселенной вышло на совершенно новый уровень, а народ верил всем сердцем, что через несколько десятилетий полеты на другие планеты станут обыденным явлением – я бы, возможно, испытала совершенно другие эмоции от прочтения этой книги. Но в той другой стране я прожила лишь год своей жизни, а об упомянутой эпохи знаю только из книжек. Да и книгу я прочитала уже в зрелом возрасте. Сейчас я не любитель научной фантастики – как и в случае с детективами у меня в какой-то момент произошло перенасыщение произведениями данного жанра. Но в самом начале моего пути читателя я зачитывалась произведениями Герберта Уэллса, Александра Беляева, Айзика Азимова, Станислава Лема и других. Должна признаться, что данное произведение является далеко не самым лучшим в своем жанре, учитывая то, что я, конечно, закрывала глаза на те места, которые сейчас, спустя пол века, являются смешными даже мне, гуманитарию, настолько далекому от негуманитарных наук, насколько это вообще возможно. Естественным также кажется то, что процветающий Советский Союз противопоставляется загнивающему Западу, а главные герои книги, оказываясь в Европе 15 (или 16?) века, в эпоху, религиозности, ни на секунду не задумавшись с гордостью признаются незнакомым и враждебно настроенным людям, что они атеисты. Но если вышеописанные эпизоды простительны и вызывают улыбку, то картонности и плоскости персонажей я не могу найти оправдания. Также очень напрягла «любовная линия» главного героя. Честно говоря, было бы гораздо лучше, если бы автор совсем не касался данной темы. Понравился мне эпизод, в котором герои оказываются во Франции времен Второй Мировой. Они встречаются с представителями французского сопротивления, а главный герой Анохин даже немного изменяет ход истории. Проблема лишь в том, что на мой взгляд из данного эпизода, никак не вписывающегося в книгу, можно было бы написать прекрасный рассказ или повесть (а, возможно, и целый роман). О потраченном на книгу времени не жалею, хотя немного насторожена, так как впереди меня ждут еще две части.