Град разбитых надежд. Белый Дракон

Отговорки! Все отговорки и оправдания! Джоэл шел ради себя, ради своей любви, которая давала силы забыть и о ранах, и о сомнениях, и о снах, где Каменный Ворон не мог победить Змея. Его ждал Вермело, его ждала Джолин.

Он хотел бы и поклясться, но хватало множества бесполезных, невыполнимых обещаний. Впервые за долгое время Джоэл ощущал себя потерянным в темноте ребенком, который лишь на словах способен угрожать полчищам незримых монстров, скалящихся из каждого угла, из потаенных чуланов расколотого прошлого

Рука важна в бою, но люди порой словами сражаются вернее, чем клинками

Лучше жуткая правда, чем мнимый покой неведения

У нас у всех есть прошлое. Но мы становимся его рабами, если тянем его в настоящее.

- Вы не сохранили память о том что когда-то были людьми? - нахмурился Джоэл.
— Нет! Мы уже не люди! Люди - злые существа.

Но «неправильные» формы любви всегда подвергались большей критике, чем закономерные и будто необходимые формы убийства.

« – Почему?
– Потому что однажды асуры захватили мой мир Бенаам. Их жадность, рождённая из пороков людей, велит порабощать всё новые и новые миры. Но оба великих асура заперты. Один в мире Бенаам, другой здесь, в Хаосе. Сам себе соткал ловушку. И с тех пор как пал мой мир, мы ищем способ уничтожить их. Пока добрались до Змея.
– И не знаете, как его победить…
– Пока не знаем. Но узнаем, если ты поможешь.»

«Любая правда лучше лжи».

«Всё наладится, обязательно всё наладится. Очень скоро. Совсем скоро».

«К Хаосу все правила!».

«Проклятье, да я просто завидую! Это же просто зависть чужому счастью. Потому что своё не могу слепить. Пока не могу. И что мешает? Только нерешительность. Хаосов мрак!..».

«В сложные времена все становятся становятся боевыми единицами».

«Привычки охотника въелись в речь, как чесоточные клещи под кожу немытого бродяги».

«Ничто — единственный закон небытия».

"– Идем, – глухо напутствовал Страж Вселенной. И Вермело остался за спиной.
В слезах тонул город, отчужденный от слова и знания, чужим бытием и забытыми снами. Все минуло в пропасть отцветших минут, другая судьба – человека и бога – утекала в легенды, вливалась на фрески разбитых минут. Часы иссякали, и время застыло. На башнях уже не гнездились голоса, замолк эфир, погруженный в ожидание конца или нового начала."

"А теперь… теперь все что-то пророчили Джоэлу; последователи Местрия Пратта величали его Белым Драконом, на его зов явился Страж Вселенной. И если уж в этот день его собирались принести в жертву, то он не намеревался дешево продавать свою никчемную жизнь."

"Время пустых слов отмеряла прочность измученного временем некогда прекрасного строения. Вместе с Айгрежей сгорала вера ложного культа. Явился сам их бог и объявил, что он просто обманщик, мастер иллюзий и перевоплощений, неспособный на чудеса."