
Электронная
399 ₽320 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
В издательстве Корпус в этой серии выходили раньше Мадлен Миллер - Цирцея , Дженнифер Сэйнт - Ариадна и Мадлен Миллер - Песнь Ахилла . Поэтому я ожидал чего-то похожего, добротного ретеллинга с современной фокализацией. И вот мне прилетает в первых же строках "какого х..я, Аполлон?!".
Первая часть книги головокружительна. История о том, как два безработных гончара из Сиракуз организуют постановку трагедий Эврипида силами пленным афинян, захватывает чуть более чем полностью. Автор использует штамп о гопниках, одержимых искусством и гуманизмом, но делает это так талантливо, что ему веришь. Да, история больше отличается умилительностью, чем правдоподобием, но оно как будто не самый важный компонент античной трагедии. Параллельно развивается история любви рассказчика, и она тоже щемяще нежная, просто мимими. Чтобы уж прямо совсем обезоружить читателя, автор добавляет в число действующих лиц детей, пострадавших от войны, но прощающих своим обидчикам.
А вот дальше, тоже в соответствии с законами жанра, начинается просто пи..ец трагедия в буквальном смысле. Строй текста сразу меняется, веселье исчезает, как будто хор переодевает маску с уголками рта вверх на маску с уголками рта вниз. Не хочу спойлеров, но думаю, равнодушными вы не останетесь.
Большим достоинством книги, помимо увлекательно сюжета, проективных героев и привлекательной мета-идеи, является то, что построена она так же, как и то, о чем рассказывает. Наверняка, для этого есть какое-то специальное слово, но я его не знаю и поэтому скажу по рабоче-крестьянски: в романе использованы те же приемы, что использовал Эврипид, трагедии которого ставят герои. Смотрите – дети Медеи и дети, сопровождающие парочку режиссеров, неподвластная никому воля рока, даже бог из машины, и тот есть! Особое удовольствие – наблюдать это через постмодернистскую оптику, предлагаемую автором.
UPD: Уже после того как дочитал книгу, через пару недель наткнулся на информацию о том, что сам сюжет книги - не вымысел автора. По Плутарху подобная история в самом деле имела место - когда один из пленных афинян запел строки из "Электры" Еврипида, победители сжалились и не стали убивать их.

Пел Сыроежкин в моем советском детстве и был не одинок: отмахиваться от того, что, усвоенным, могло бы уберечь от многих бед - в человеческой природе. Не будь мы так фатально необучаемы, уж как-нибудь поняли бы, что война - зло, и не несет счастья ни победителям. ни побежденным.
Время и место действия сицилийские Сиракузы, 412 год до Н.Э., очередной этап Пелопонесских войн (в которых Афины ходили войной на всех соседей. ближних и дальних), закончился поражением интервентов. Осада длилась два года и Сиракузы уже готовы были сдаться, помог подоспевший отряд спартанцев. Уцелевших афинян сгоняют в меловой карьер и оставляют на милость горожан. Не то, чтобы щедрую, греки умирают с голоду. Гончар Гелон, который знаком с карьером по роду работы, брал там глину, один из тех, кто подкармливает пленников. Он с неказистым приятелем Лампоном, героем-рассказчиком, спускается в это подобие ада, движимый не одним человеколюбием. Гелон с детства был одержим театром и теперь. когда жена его сбежала, а сынишка умер, эта страсть единственное, что держит его в жизни. Что до Лампона, он, хромоногий пьянчужка, живет с мамой и безнадежно влюблен в рабыню-лидийку, что прислуживает в таверне.
Фанат Еврипида Гелон, уверенный в скором неминуемом поражении Афин, после чего их сравняют с землей, а жителей продадут в рабство, ищет среди пленников тех, кто видел постановку "Медеи" и может восстановить ее по памяти. Не-книжнику трудно понять, но если вы охотились за абсолютно новым Стивеном Кингом и учили английский, чтобы читать его в оригинале, как было со мной, дополнительно объяснять не нужно. Еще он слышал о том, что драматург успел написать трагедию о Троянской войне, и если бы чудом нашелся кто-то, знающий ее, то за возможность увидеть постановку Гелон готов отдать почку. Чудом такие люди здесь есть, еще большим чудом они актеры, и стоит ли удивляться, что находится также меценат, не из местных, готовый оплатить постановку (шоу во все времена дорогое удовольствие).
Самоназначенные режиссеры Гелон и Лампон начинают подготовку, хотя от рассказчика вреда порой больше. чем пользы. Тем не менее, дело движется. Невероятно смелый. даже и по нашему времени, что говорить об античности, замысел Гелона - объединить в одной постановке "Медею" и "Троянок" (новая пьеса). Та еще задача заманить на представление сиракузцев, которые афинян ненавидят и век бы на них не глядели. А учитывая, что спуститься в карьер - это еще и увидеть что ваша жестокость сделала с пусть захватчиками, пусть врагами, но людьми. И все же, зрители собираются. Если бы Фердиа Леннон закончил шекспировым "Что ему Гекуба? А он рыдает!" и всеобщим примирением, это было бы трогательно красиво, дало бы повод поразмышлять о волшебной силе искусства и благотворности его влияния на умы и сердца. И было бы неправдой.
"Славные подвиги" представлением трагедии и трагедией представления не заканчиваются, впереди еще примерно четвертая часть книги, и собственное славное деяние Лампона, о котором вам лучше прочесть самим. Оно того стоит. Катарсис гарантирован.

Сиракузы. 412 г. до н. э. Во время Пелопонесской войны войско афинян потерпело поражение, и огромное их количество захватили в плен и поместили в карьер. Туда и направляются два гончара Гелон и Лампонс целью немного подкормить пленных, только не за так. Один из этих двоих обожает Еврипида и его пьесы, поэтому подкармливают пленных за цитирование сцен из произведений драматурга. После одного из таких посещений, а конкретнее после попойки после посещения Гелону приводит в голову мысль поставить “Медею”, а актёров набрать в карьере.
Книга натолкнула на размышление - может ли искусство кардинально изменить человека? Или может изменить, но только на пять минут, на день, на месяц? или лишь в том случае когда человек имеет потенциал к изменению? Автор ответ не даёт, хотя по правде даёт, но ответ такой широкомасштабный и всеохватывающий, что шире некуда. В сторону такой широты намекает и название, которое обещает славные подвиги, но персонажи со всеми своими не лучшими решениями, неоднозначными поступками, со своими слабостями и с попытками как-то всё привести в нормальный вид, выглядят не как герои смело выходящие на сражение, а как обычные люди действующие под давлением обстоятельств.
Среди прочего в книге содержится короткая и ёмкая рецензия на любую трагедию, хоть и нецензурная
Да, в книге много мата, можно подумать, что это отсебятина автора и что раньше так не разговаривали, но очевидно, что Эзоп, Аристофан, Эсхил, Софокл тот же Еврепид не использовали в своих произведениях древнегреческие аналоги современной обсценной лексики. Ведь простой народ явно книг не сочинял, и с чистотой речи не заморачивался. Вот и тут в дополнение к мату используются слова вроде режиссёр, продюсер, менеджер.
В итоге получилась весёлая история, но за этой веселостью скрываются серьёзные темы заставляющие подумать про людей и про искусство, и про то как они друг на друга влияют.
03:30



















Другие издания



Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
В издательстве Корпус в этой серии выходили раньше Мадлен Миллер - Цирцея , Дженнифер Сэйнт - Ариадна и Мадлен Миллер - Песнь Ахилла . Поэтому я ожидал чего-то похожего, добротного ретеллинга с современной фокализацией. И вот мне прилетает в первых же строках "какого х..я, Аполлон?!".
Первая часть книги головокружительна. История о том, как два безработных гончара из Сиракуз организуют постановку трагедий Эврипида силами пленным афинян, захватывает чуть более чем полностью. Автор использует штамп о гопниках, одержимых искусством и гуманизмом, но делает это так талантливо, что ему веришь. Да, история больше отличается умилительностью, чем правдоподобием, но оно как будто не самый важный компонент античной трагедии. Параллельно развивается история любви рассказчика, и она тоже щемяще нежная, просто мимими. Чтобы уж прямо совсем обезоружить читателя, автор добавляет в число действующих лиц детей, пострадавших от войны, но прощающих своим обидчикам.
А вот дальше, тоже в соответствии с законами жанра, начинается просто пи..ец трагедия в буквальном смысле. Строй текста сразу меняется, веселье исчезает, как будто хор переодевает маску с уголками рта вверх на маску с уголками рта вниз. Не хочу спойлеров, но думаю, равнодушными вы не останетесь.
Большим достоинством книги, помимо увлекательно сюжета, проективных героев и привлекательной мета-идеи, является то, что построена она так же, как и то, о чем рассказывает. Наверняка, для этого есть какое-то специальное слово, но я его не знаю и поэтому скажу по рабоче-крестьянски: в романе использованы те же приемы, что использовал Эврипид, трагедии которого ставят герои. Смотрите – дети Медеи и дети, сопровождающие парочку режиссеров, неподвластная никому воля рока, даже бог из машины, и тот есть! Особое удовольствие – наблюдать это через постмодернистскую оптику, предлагаемую автором.
UPD: Уже после того как дочитал книгу, через пару недель наткнулся на информацию о том, что сам сюжет книги - не вымысел автора. По Плутарху подобная история в самом деле имела место - когда один из пленных афинян запел строки из "Электры" Еврипида, победители сжалились и не стали убивать их.

Пел Сыроежкин в моем советском детстве и был не одинок: отмахиваться от того, что, усвоенным, могло бы уберечь от многих бед - в человеческой природе. Не будь мы так фатально необучаемы, уж как-нибудь поняли бы, что война - зло, и не несет счастья ни победителям. ни побежденным.
Время и место действия сицилийские Сиракузы, 412 год до Н.Э., очередной этап Пелопонесских войн (в которых Афины ходили войной на всех соседей. ближних и дальних), закончился поражением интервентов. Осада длилась два года и Сиракузы уже готовы были сдаться, помог подоспевший отряд спартанцев. Уцелевших афинян сгоняют в меловой карьер и оставляют на милость горожан. Не то, чтобы щедрую, греки умирают с голоду. Гончар Гелон, который знаком с карьером по роду работы, брал там глину, один из тех, кто подкармливает пленников. Он с неказистым приятелем Лампоном, героем-рассказчиком, спускается в это подобие ада, движимый не одним человеколюбием. Гелон с детства был одержим театром и теперь. когда жена его сбежала, а сынишка умер, эта страсть единственное, что держит его в жизни. Что до Лампона, он, хромоногий пьянчужка, живет с мамой и безнадежно влюблен в рабыню-лидийку, что прислуживает в таверне.
Фанат Еврипида Гелон, уверенный в скором неминуемом поражении Афин, после чего их сравняют с землей, а жителей продадут в рабство, ищет среди пленников тех, кто видел постановку "Медеи" и может восстановить ее по памяти. Не-книжнику трудно понять, но если вы охотились за абсолютно новым Стивеном Кингом и учили английский, чтобы читать его в оригинале, как было со мной, дополнительно объяснять не нужно. Еще он слышал о том, что драматург успел написать трагедию о Троянской войне, и если бы чудом нашелся кто-то, знающий ее, то за возможность увидеть постановку Гелон готов отдать почку. Чудом такие люди здесь есть, еще большим чудом они актеры, и стоит ли удивляться, что находится также меценат, не из местных, готовый оплатить постановку (шоу во все времена дорогое удовольствие).
Самоназначенные режиссеры Гелон и Лампон начинают подготовку, хотя от рассказчика вреда порой больше. чем пользы. Тем не менее, дело движется. Невероятно смелый. даже и по нашему времени, что говорить об античности, замысел Гелона - объединить в одной постановке "Медею" и "Троянок" (новая пьеса). Та еще задача заманить на представление сиракузцев, которые афинян ненавидят и век бы на них не глядели. А учитывая, что спуститься в карьер - это еще и увидеть что ваша жестокость сделала с пусть захватчиками, пусть врагами, но людьми. И все же, зрители собираются. Если бы Фердиа Леннон закончил шекспировым "Что ему Гекуба? А он рыдает!" и всеобщим примирением, это было бы трогательно красиво, дало бы повод поразмышлять о волшебной силе искусства и благотворности его влияния на умы и сердца. И было бы неправдой.
"Славные подвиги" представлением трагедии и трагедией представления не заканчиваются, впереди еще примерно четвертая часть книги, и собственное славное деяние Лампона, о котором вам лучше прочесть самим. Оно того стоит. Катарсис гарантирован.

Сиракузы. 412 г. до н. э. Во время Пелопонесской войны войско афинян потерпело поражение, и огромное их количество захватили в плен и поместили в карьер. Туда и направляются два гончара Гелон и Лампонс целью немного подкормить пленных, только не за так. Один из этих двоих обожает Еврипида и его пьесы, поэтому подкармливают пленных за цитирование сцен из произведений драматурга. После одного из таких посещений, а конкретнее после попойки после посещения Гелону приводит в голову мысль поставить “Медею”, а актёров набрать в карьере.
Книга натолкнула на размышление - может ли искусство кардинально изменить человека? Или может изменить, но только на пять минут, на день, на месяц? или лишь в том случае когда человек имеет потенциал к изменению? Автор ответ не даёт, хотя по правде даёт, но ответ такой широкомасштабный и всеохватывающий, что шире некуда. В сторону такой широты намекает и название, которое обещает славные подвиги, но персонажи со всеми своими не лучшими решениями, неоднозначными поступками, со своими слабостями и с попытками как-то всё привести в нормальный вид, выглядят не как герои смело выходящие на сражение, а как обычные люди действующие под давлением обстоятельств.
Среди прочего в книге содержится короткая и ёмкая рецензия на любую трагедию, хоть и нецензурная
Да, в книге много мата, можно подумать, что это отсебятина автора и что раньше так не разговаривали, но очевидно, что Эзоп, Аристофан, Эсхил, Софокл тот же Еврепид не использовали в своих произведениях древнегреческие аналоги современной обсценной лексики. Ведь простой народ явно книг не сочинял, и с чистотой речи не заморачивался. Вот и тут в дополнение к мату используются слова вроде режиссёр, продюсер, менеджер.
В итоге получилась весёлая история, но за этой веселостью скрываются серьёзные темы заставляющие подумать про людей и про искусство, и про то как они друг на друга влияют.
03:30



















Другие издания


