Амплуа девственницы

— Это в тебе нездоровая романтика: тайны, сокровища…

Было ясно: затей я военные действия, победителем выйдет враг из-за численного превосходства.

Пока я была занята, он успел очаровать Софью Сергеевну и еще двух моих сотрудников, причем один из них мужчина в летах.

— Изменила вам? — пролепетала я с таким видом, точно он заявил, что Земля плоская и держится на трех китах.

Мы оказались на улице и дружно вздохнули. Я в основном оттого, что благополучно миновала все дверные косяки.

— Я вас провожу, — сказал он значительно, точно обещал мне вечное блаженство. Я повисла на его руке, готовая сию минуту скончаться от восторга.

— Это она? — рявкнул новоприбывший, а я гордо выпрямилась и заявила:
— Это я.

Что-то слишком часто я стала думать о деньгах. Вот уж правду говорят: с кем поведешься, от того и наберешься.

— Как долго ты планируешь оставаться покойницей? — вздохнула я.

— Скажу: собирай вещи и отправляйся в психушку. Тебе там самое место, раз ты спятила. И забери все это. Может, я и корыстна, но не до такой степени, чтобы рисковать жизнью из-за денег.

— Как ты можешь? — ужаснулась Лерка, при этом она выглядела вполне искренней. — Он же муж мне. Мы в церкви венчались.
— А ты ему жена. Чего же тогда скончаться боишься?

— Мне надо где-то спрятаться, — миролюбиво ответила Лерка. — Дело в том, что я как бы умерла…

— Их бы удар хватил, узнай они об этом. Оба совершенно убеждены, что при звуках их имени страусы закапываются в песок по самый хвост.

— Есть два варианта: ты проявляешь сознательность и идешь в милицию, а мы сматываемся за границу, визы у нас открыты. И ты одна разбираешься с ментами и головорезами во главе с белобрысым. Тот, в кого стреляли, тоже может тобой заинтересоваться. Короче, жизнь у тебя будет очень насыщенной. Второй вариант: мы пытаемся понять, что происходит, а потом…
— Есть третий вариант: я тоже уезжаю за границу, и у меня виза открыта…

— Есть кто живой?
Живых не было. В квартире стояла жуткая тишина.

— А где муж? — растерялась я. — Ты же говорила…
— Муж далеко, но вот-вот появится.
— За границей? А почему ты к нему не едешь?
— Он в тюряге. А туда я ехать не хочу.

— Спасибо. Он не любит оставаться один. А после Джоника я стала серьезно относиться к таким вещам. Так я его возьму?
— Конечно. Не то правда сдохнет. — Последнее замечание я пробормотала едва слышно.

— С ума сошла? Как бы я это проделала? Ты бы хоть подумала: ну как я мужику руку сломаю? Во-первых, ломать замучаешься, раз навыков нет, во-вторых, он столбом стоять не будет, пожалуй, и мне что-нибудь сломает.

— Это ты! — взвизгнула я.
— Конечно, ведь ты мне звонишь. Или нет?

— А он.., говорящий? — шепотом спросила я.
— А то, только базарить попусту не любит. Золотой мужик. Сашок, скажи что-нибудь, — повернулась к нему Лерка. Тот улыбнулся и изрек:
— Сашок хороший.
— С ума сойти, — на мгновение зажмурившись, пробормотала я.