Евгений Онегин (подарочное издание)

...Они сошлись. Волна и камень, Стихи и проза, лед и пламень Не столь различны меж собой...

Я помню море пред грозою:

Как я завидовал волнам,

Бегущим бурной чередою

С любовью лечь к ее ногам!

Ныне церковь опустела;

Школа глухо заперта;

Нива праздно перезрела;

Роща тёмная пуста;

И селенье, как жилище

Погорелое, стоит, –

Тихо всё. Одно кладбище

Не пустеет, не молчит.

И разгоняли мрак, который ныне

Зараза, гостья наша, насылает

На самые блестящие умы.

[И взор я бросил на] людей,
Увидел их надменных, низких,
[Жестоких] ветреных судей,
Глупцов, всегда злодейству близких.
Пред боязливой их толпой,
[Жестокой], суетной, холодной,
[Смешон] [глас] правды благо<родны>й,
Напрасен опыт вековой

А гений и злодейство -
Две вещи несовместимые. Не правда ль?

"Гм! гм! Читатель благородный,
   Здорова ль ваша вся родня?
   Позвольте: может быть, угодно
   Теперь узнать вам от меня,
   Что значит именно родные.
   Родные люди вот какие:
   Мы их обязаны ласкать,
   Любить, душевно уважать
   И, по обычаю народа,
   О Рождестве их навещать
   Или по почте поздравлять,
   Чтоб остальное время года
   Не думали о нас они…
   Итак, дай Бог им долги дни!"

"В Коране мыслей много здравых,
Вот, например: пред каждым сном
Молись, беги путей лукавых,
Чти бога и не спорь с глупцом."

Живая власть для черни ненавистна,
Они любить умеют только мертвых.