Семь жизней до счастья

- А выругаться можно?

• Нельзя
• Тогда мне нечего сказать.

Пересказать прошлую жизнь не может никто, даже тот, кто её прожил.

- Ясно, ясно, ты же влюбился в меня.

• Влюбился в тебя, как же!
• Не нужно скрывать свои чувства
• Было бы что скрывать!

• Понимаю, моему обаянию невозможно противостоять. Когда дело касается чувств, я слишком медленно соображаю. Любить меня - тяжкий труд. Ну раз уж так вышло, терпи.

- Где злоумышленник?

• Злоумышленник? - я зевнула. - Не заметила.
• Почему все охранники без сознания?

• Я во сне пукнула слишком громко.

Все начинается заново. Прошлая жизнь исчезает, оставляя после себя чистоту, которая внушает благоговейный трепет.

Вероятно, даже самая глубокая тоска не устоит перед теплом повседневной близости.

— Слушай, Чу Кун, у тебя такое странное выражение лица. Ты, случаем, не изменяешь мне, пока я ребенка жду?
У юноши задергалось веко, и он схватился за лоб. Прежде чем Чу Кун успел ответить, Сяо Сянцзы уже ахнула:
— Так я и знала! Ты меня предал! Ах ты, подлец!
— Ну да! Конечно! – раздраженно выпалил Чу Кун. – Я просто налево сходил. И что теперь?

— Так… это… п-п-правда? – заикаясь, пробормотала я. – Ах… вот оно что! Я… думала, это шутка… А это… он… д-д-действительно любит меня… Проклятье! Мне так стыдно!
Секретарь скривил губы:
— Притворяешься невинной? Тебе не идет.
Я недовольно цокнула языком:
— Позволил бы хоть притвориться! Когда внезапно слышишь такое, даже у меня остатки стыдливости проявляются. Дай мне шанс ощутить себя девушкой!

— В прошлый раз ты и божественный владыка Чу Кун устроили в Загробном мире свару – тогда из-за вас все кувырком полетело! Разъяренная тетушка Мэн удалилась от дел на три тысячи лет. Нам и раньше рук не хватало, а теперь мы вообще ничего в срок не успеваем. Божественный владыка Чу Кун хотя бы порядочность проявил – покорно отработал пять лет, искупая вину. А ты? Шлепнула себя по заднице и перевоплотилась!

— Перевоплотись в женщину, – серьезно произнесла я.
Собеседник с угрозой прищурился.
— Сяо Сянцзы, давай поступим иначе, – предложил он. – Перевоплощайся в мужчину. Все равно в твоей груди бьется сердце неотесанного дикаря. В новой жизни твои тело и дух сольются в гармонии, и мы избежим неуместных чувств. Разве же это не лучше?

— Но… – обиженно протянула я. – Они говорят, что ты воспитываешь для себя будущую жену.
Наставник напрягся и замер. Затем он молча перевернул страницу и нарочито равнодушным голосом осведомился:
— Кто это говорит?
— Они.
— Если еще раз услышишь, бей в пах.

Белоглазый волк (кит. 白眼狼) — в китайской культуре символ жестокосердного неблагодарного человека.