Воспитание чувств

Есть вещи, которых мне не понять: отчего, например, в списках главных литературных премий ни разу не видела Елены Колиной, чьи суммарные тиражи приближаются к миллиону? Может быть, считается, что не стоит поощрять авторов, которых читатель и без того любит? Держу кулаки, чтобы Большая книга, не обошла "Воспитания чувств" в новой аудиокнижной номинации. Рассказываю об истории, которая развлекла меня и напугала, заставила много смеяться и немного плакать. Надеясь подсветить ее бриллиант в информационном поле, усеянном блестящими штучками, и завидуя белой завистью, что у вас она еще впереди, когда я уже послушала.

У сегодняшнего "Sic transit..." особый интерес к девяностым c "ты помнишь, как все начиналось?", и это о них. Герой рассказчик из середины десятых: доллар растет, предприимчивая младшая сестрица переживает за ипотеку на дом в Черногории и пререкается с мамой, для которой Петя всегда был любимым сыном, а она, Ларка, сама по себе. А он (под сорок, одинок, не слишком успешен) вспоминает их общее детство. 1992, интеллигентная ленинградская (или уже питерская?) семья живет в коммуналке, но из окна виден Аничков мост, коней которого в начале войны их дед снимал и закапывал, а после окончания, помогал устанавливать на место, и одного из коней Петя с детства считает своим. В остальном коммуналка как срез советского общества: продавщица и слесарь, бармен, две старушки-блокадницы и их семья. Все мечтают, что явится новый русский, который расселит их, а когда он появляется: молодой и красивый, харизматичный и энергичный - ощетиниваются всеми орудиями по типу "ни пяди родной земли". И это первый уморительно смешной эпизод книги, дальше их будет много.

Так или иначе они получили вожделенную отдельную квартиру, внезапно совсем не такую привлекательную, как мечталось. Инженер папа потерял работу, мама пилит его, пытаясь направить в какой-нибудь из тогдашних "бизнесов", младшая Ларка за успехи в учебе принятая в элитную гимназию, остро переживает семейную несостоятельность и демонстрирует весь спектр особенностей поведения трудного подростка, Петя не хватает звезд с неба, он в муниципальной, ему в чем-то проще. Только вот, дома невыносимо, и после школы он едет к "своему" коню. Где встречает купившего их квартиру миллионера, который помнит, как неуправляемый Скотина (так дальше и будут звать подопечного рассказчика) - как успокоился и тихонько играл, когда богач с сынком и его красоткой няней пришел смотреть коммуналку. Петр Ильич нанят нянем с обязанностями заботиться о ребенке каждый день после школы, а его пять долларов в день становятся для семьи спасением.

И вот тут начнется самое интересное, потому что кроме Скотины в бывшей Петиной квартире живет еще Алиса, его ровесница, толстая и некрасивая девочка, дочь Романа. Для обтесывания которой "Ромочка" приглашает даму в возрасте, искусствоведа Энен, чей рафинированный сrеme de la crеme тотчас дает рассказчику понять, как отличается "интеллигентность" его семьи от подлинного блеска богемы культурной столицы. Алиса впитывать сокровища культуры не желает, предпочитая сыр и колбасу в количествах, требует от наставницы культурных кодов которые позволили бы слыть образованной, не будучи ею, вроде "как говорить о книге, которой не читал", ридерс дайджеста и солюшена в компьютерной игре. Петя становится ее невольным однокашником в этом университете, а ностальгическое "как это было" делает головокружительный кульбит, превращаясь в "Пигмалеона" Шоу. Это не последнее превращение, впереди Алмазный мой венец, Бандитский Петербург (как без него?) и Театральный роман.

И, боже, как же хорошо! От прежнего снобского: "Ну, Колина, это такая сентиментальная проза" - не осталось камня на камне. Искрометная ирония, блистательный сарказм, хармсова нежность с клыками века-волкодава. И финал, который не разочаровывает. А прочитанное Григорием Перелем, это чудо.

Книга о том, как из необразованной девочки, непослушной, наглой, любящей только покушать, за три месяца нужно сделать образованную, с приличными манерами питерскую девушку, эээ, новую личность.
Для исполнения задачи, поставленной отцом девочки Алисы, была приглашена настоящая леди из питерской интеллигенции, дока в своём деле, которой помогал помощник отца - хороший мальчик Пётр Ильич.
Книга о литературе, поэтах, писателях, художниках, искусстве, физике, бизнесе, чувствах и даже бандитах.
Рекомендую! Вам будет интересно!

Приятно разочаровываться в лучшую сторону. Прочитав (почти в самом начале)

• Список для чтения: «Война и мир» (читать, а не смотреть кино!), «Снежная королева» (хочу перечитать это место про Северного Оленя, которое я так люблю в мультике).
• Стремиться, чтобы у меня было метафорическое мышление.

, решила, что читаю про Адриана Моула в антураже российских 90-ых. Предварительная классификация меня не огорчила и не отвратила: мне нравятся и Адриан, и дневниковый стиль, к тому же хотелось чего-нибудь легкого, чтобы подправить муторное настроение.
Я получила больше, чем предполагала. К стандартным деталям конструктора о лихих 90-х ( напористый нувориш, бандиты, безработный инженер на диване, проститутки, пожилая учительница в должности консьержки, пачки долларов и прочее) добавились ингредиенты, сделавшие историю вневременной.
Легкая, развлекательная история о том, как трудно угадать, глядя на подростка, какой взрослый из него вырастет, о том, что искусство вечно, а время то и дело ломается, придавливая вчерашних удачников.
"Образование было сродни заразной болезни, передающейся половым путем. Оно делало тебя непригодным для многих работ, а еще появлялось какое-то жуткое желание передавать его дальше"( Т. Пратчетт)

Интересная история о взрослении, о становлении личности и превращении гадкого утёнка в прекрасного лебедя...

Что не понравилось в книге:

- слишком быстрый и комканный, как мне показалось сюжет. Более чем уверена, что это задумка автора, но мне не нравится, когда сначала дают десерт, потом основное блюдо, потом отбирают уже надкушекнный десерт,  запихивая в тебя вместо него сельдерей.

- галопом по Европам или быстрый курс мировой культуры - тоже не понравился, но это уже личное. Хочется ведь, чтобы тебе принесли всё на блюдечке да с голубой каёмочкой, а в произведении вместо качественных рассказов о литературе и живописи, только обещание освоить культурный код за три месяца. Фи. (Читать как сарказм).

- быстрая развязка. Тут всё просто: я ожидала более гармоничное течение сюжета (возвращаясь к первому пункту), а не после перевоспитания откуда ни возьмись "отмороженных" - явление лебедя в двух абзацах.

Но плюсы произведения перевешивают (хоть в колличественном соотношении в моей рецензии их насчитывается столько же).

- Атмосфера рассказа погружает в 90-е так, что буквально чувствуешь вместе с персонажами, как кладут плитку с Восстания в квартире у Романа и как инженер с высшим образованием идёт барыжничать. Возможно где-то гиперболизированно (про плитку, допустим), но это смешно потому что абсурдно; и не смешно, потому что является красочным описанием истории.

- разговоры об искусстве.

- тяга персонажей к прекрасному. Каждый тянулся по-своему, но дотянулся ведь?

Здесь можно упомянуть (не проспойлерив при этом, надеюсь!, развязку) цитату:

Все мы люди, и что определяет нас, как не наше настоящее? В этой смелой цитате, на мой взгляд, есть некоторое противоречие Пушкину, у которого честь бережется с молоду. Но стоит вспомнить героев произведения, откуда взято это выражение и снова главной фигурой выступит человек с его настоящими  человеческими качествами, а не поступки прошлого, которые лишь стали связующим звеном в череде других поступков, определяющих настоящее.

Итак, книга о взрослении, о личностях, о проявлении человечного в человеке. И конечно о том, как плохие поступки (встречный вопрос: а что вообще можно считать плохим поступком?) становятся причиной хороших.

В чьей-то рецензии недавно я прочитала, что по девяностым в нашей стране тоскуют даже те, кто в эти самые девяностые еще даже и не родился. Так что если хотите вспомнить и потосковать - добро пожаловать, уж что-что, а дух и настроения того времени передан просто чудесно. Две семьи, два разных мира. Первая, "ну мы же интеллигентная семья", переживает трудные времена. Взрослые привыкли к размеренности жизни, работа есть, невеликий заработок гарантирован, живем не хуже других, зато у нас высшее образование, мы порядочные и интеллигентные люди. Дети в этой семьи хорошо учатся, хорошо воспитаны, они дети из приличной семьи, и этого тоже достаточно. Было. Потому что в новом времени надо быть крутым, надо уметь пробиваться и зарабатывать, быть наглым, жёстким и даже жестоким, чтобы урвать свой кусок. Надо иметь крутые кроссовки и карманные деньги, чтобы тебя приняли в крутую тусовку. Люди растеряны, не знают, как жить, как перестроиться для нового времени. Их высшее образование, интеллигентность и домашняя библиотека ничего не значат теперь, когда нет работы, когда старый мир рухнул. Вторая семья. Папа миллионер, бизнесмен, новый русский. У его детей есть все, деньги, еда, крутые шмотки, но счастья им это не приносит. А есть еще НН, коренная ленинградка, искусствовед, утонченная, умная женщина, ее наняли для воспитания дочери того самого нового русского. И вот эти люди, немолодая женщина и трое детей, встречаются, общаются, учатся и воспитывают друг друга. Книга, кстати, для меня стала своеобразным чек-листом, НН говорит, а я ставлю мысленные крестики, где я смогла бы поддержать разговор, где знаю пароль и культурный код, а где провал и минус. В процессе чтения я много смеялась, иногда удивлялась и грустила, заинтересовалась творчеством Хармса и сочувствовала всем поголовно. А великолепный, изумительный и восхитительный Григорий Перель сделал из и без того неплохой книги абсолютный шедевр!

Книгу я открыла совершенно случайно и даже не сразу поняла, о чем она. А о чем она я вообще поняла только в конце.
Итак, 90-е в Петербурге. Кто-то теряет все (работу, деньги, самоуважение), кто-то все находит (работу, деньги, самоуважение), строит бизнес, играет в жестокие игры, выигрывает и проигрывает.
И посреди этого хаоса в квартире с видом на Аничков мост четверо (мальчик семи лет, двое подростков шестнадцати лет и искусствовед — женщина шестидесяти семи лет) играют в культуру. НН преподает своим подопечным курс культуры за три месяца: философы, художники, поэты, композиторы... Все они шеренгой проходят по комнате, видевшей блокаду, пока в соседней творится... разное творится, в общем.
Пока четверо заперты в своем мирке, все относительно хорошо и даже безопасно. Но как только в него врывается что-то извне — а жизнь тревожит их беспрестанно — все становится не очень хорошо.

О чем лично для меня эта книга:

1. О том, что искусство и культура — это способ спастись, когда спасения нет. Так НН выжила в блокаду, потому что отец сказал ей читать. И она читала, даже когда от голода уже не понимала, что именно читает и зачем.

2. О том, что искусство, культура и жизнь неотделимы друг от друга, как бы порой не хотелось иного. Можно сбежать от жизни в этот иллюзорный мир, но жизнь раз за разом будет заявлять свои права (но повод ли это не сбегать?)

3. О том, что искусство меняет (не всегда только в лучшую сторону).

Однозначно советовать эту книгу я не возьмусь, несмотря на мою оценку 10/10. Специфичная, местами шокирующая и ужасающая. Жизнь как она есть со всем прекрасным и не очень .Но эта книга точно пойдет в мой топ года.

Отдельно хочу отметить то, как это сделано. Великолепно прорисованы персонажи и типажи, все узнаваемы, в каждый веришь, каждого понимаешь в его правоте и неправоте. И каждого есть за что пожалеть. Просто люди. Как это прекрасно, когда герои — просто люди.

Как-то не смогла я рассмотреть любовный треугольник во взаимоотношении трех (трех с половиной/четырех, если считать Скотину?) очень разных людей. Не то чтобы я начинала читать из-за треугольника, но меня во время чтения сильно смущало, что это всё названо и представлено вот так, с явной окраской. Рассказчик подчеркивает скорее соперничество двух особ женского пола (девочки-ровесницы и питерской интеллигентки в возрасте) за внимание одного мальчика. Но он ведь здесь является и рассказчиком, поэтому вопрос, было ли соперничество даже за внимание остается открытым.

Для меня вся книга была одной из первых попыток прочитать что-то, так напрямую и так всецело сосредоточенное на 90-х годах. Страна ломается и меняется, не действуют прежние законы и мораль, а новых законов и морали ещё не успело нарасти. Этакий промежуточный вариант, со всеми плюсами и минусами.

Коммуналку, в которой проживает главный герой, мальчик по имени Петр Ильич, покупает новый русский, всех жильцов — немного карикатурный, но в целом достоверный срез общества, — расселяют по отдельным квартирам, далеким от центра Петербурга. Родители Петра Ильича, которые считают себя интеллигентами, страдают — все рушится, работать негде, заниматься новыми бизнесами нет ни желания, ни способностей, а платить по счетам нужно. И вновь по случайному совпадению Петр Ильич сталкивается с новым русским, который купил их квартиру. И тот, впечатленный при первой встрече умением Петра общался с его сыном, предлагает выгодную сделку с хорошей оплатой. Петр Ильич, и сам школьник, конечно, не мечтал быть наставником неуправляемому и невоспитанному сыну нового русского. Но деньги и возможность вернутся в любимую сердцу квартиру, решают всё. К невоспитанному сыну нового русского, которого все называют Скотиной (бедный травмированный ребенок, о котором известно мало, но достаточно: его мать выменяла его на диван), прилагается его толстая и едкая сестра, Алиса. А к ней, по стечению обстоятельств — NN, пытающаяся из Алисы вылепить харизматичную подделку на образованную девушку.

Характеры героев — главных, второстепенных, и даже тех, с которыми я, как читатель, провела совсем мало времени, вырисовываются жирными, очень объемными мазками. Герои разговаривают, учатся, смотрят по сторонам, раскрывая многое, даже то, что неизвестно сразу рассказчику, Петру Ильичу. И это очень интересно. Как будто в целом интриги нет: ни расследований, ни любовной линии, за которую переживаешь, как за свою, а мелких и вполне бытовых конфликтов — достаточно. И они держат интерес, весьма легко. От книги невозможно оторваться, потому что она — острый срез 90-х на территории одной питерской квартиры, и немного — срез вечных персонажей, которые делают правильный и неправильный выбор, даже если пытаются его не делать.