Повести Белкина. Дубровский. Пиковая дама. Капитанская дочка

Сегодня великий день нашей отечественной литературы, сегодня 6 июня - 06.06 - 66, а, если их перевернуть - будет 99. А, если составить 66 и 99 в один осмысленный ряд, то получится... Пушкин. Да, сегодня день рождения нашего Великого Классика - 6 июня 1799 года (по новому стилю, разумеется), а тогда это было 26 мая, так что поэт у нас получился и весенний, и летний одновременно, тёплый в любом случае. И, само собой разумеется, если сегодня писать рецензии, то на произведения Александра Сергеевича, для себя, по крайней мере, я выношу именно такое определение. Для праздничной рецензии я выбрал "разбойничью", как сам автор иронично её определял, повесть "Дубровский".

Все же, Пушкина стоит перечитывать в более зрелом возрасте. Я не против того, чтобы читать Александра Сергеевича в детстве, я же написал именно - перечитывать. Несколько лет назад я получил ни с чем не сравнимое удовольствие, перечитав крупную пушкинскую прозу "Капитанскую дочку" и "Дубровского". Когда-то оба этих произведения мы изучали в школе, писали по ним сочинения, но под чутким руководством учителей литературы ускользало очарование пушкинского языка, не казалась чем-то особенным изысканная простота сюжетов, а пушкинские тексты не терпят сторонней назидательности при знакомстве с ними, насколько бы больше было ценителей пушкинской поэзии и прозы, если бы не стандартные уроки литературы по из года в год переписываемым методичкам, Нет большего врага у Пушкина, да и у любого другого "школьного" классика, чем, переставшая работать над собой, самодовольная своим правильным "всезнанием" учительница литературы.

При самостоятельном перечитывании, ты открываешь , казалось бы, знакомое произведение заново, восхищаешься художественной сухостью пушкинского языка, четкой выстроенности сюжета, не отягощенного параллелями и философскими отступлениями. Пушкина можно назвать самым успешным минималистом в нашей прозе, вот чье творчество является идеальным воплощением гениальной формулы Сент-Экзюпери: "Художник не тогда знает, что он достиг совершенства, когда нечего добавить, но когда нечего больше отнять".

Проза Пушкина настолько художественна, и в то же время практична (информативна), что из неё просто нельзя без общего ущерба для текста выбросить ни строчки, в нашей литературе к нему по этому качеству был близок, пожалуй, только Гоголь. Но это и не удивительно, ведь Гоголь считал себя прямым учеником Пушкина.

Что же касается этого романа, то его незаконченность каким-то странным образом только дополняет его, тот случай, когда прозрачность наброска стоит прописанности монументального полотна. Возможно, причиной тому некоторая неопределенность направления, балансирующая между романтизмом и реализмом, и незаконченность образа главного героя позволяет варьировать разные варианты его будущего.

В романе Пушкина узнаются сюжетные линии многих других произведений, но это не свидетельство пушкинского заимствования, а, скорее, переосмысления. Без дополнительной оптики в образе главного героя можно различить реинкарнацию "шервудского стрелка" Робина Гуда. Да и сам Пушкин имел именно его в виду, когда презентовал свой незаконченный роман как "разбойничий". В любви Дубровского и Маши - представителей враждующих семей, угадываются мотивы шекспировских "Ромео и Джульетты". А в отказе Маши последовать за Дубровским, потому что она уже поклялась князю Верейскому, проглядывает еще одна пушкинская героиня - Татьяна Ларина с её "но я другому отдана, и буду век ему верна".

А еще сюжетная линия ссоры двух лучших друзей из-за недоразумения, и последовавшая за этим судебная тяжба чем-то напоминают основу сюжета гоголевской повести "Как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем". Кстати, написал её Гоголь в 1834 году, когда он тесно общался с Пушкиным, известно, что Александр Сергеевич регулярно подкидывал сюжеты молодому другу, я не помню, что где-то читал о подсказке по сюжету этой повести, но такого варианта исключать нельзя.

Напоследок хотелось бы сказать о критике Анны Ахматовой, которая считала "Дубровского" неудачей Пушкина и нереализованным коммерческим проектом а стиле а-ля Вальтер Скотт, безумно модном тогда. Возможно, в словах Анны Андреевны и есть доля истины, но Пушкин все равно перехитрил всех, он ведь так и не закончил роман, даже название ему придумывали редактора-издатели, и в своем незаконченном виде, повторюсь, роман обрел оригинальную целостность и остался совершенно пушкинским творением, без всяких там а-ля под кого бы то ни было.

Пасюк учился в шестом классе вечерней школы, учился безнадежно плохо, и его грозились перевести обратно в пятый класс. По литературе учительница уже отказалась аттестовать его в первой четверти, потому что в домашнем сочинении «Почему мы любим Гринева и ненавидим Швабрина?» Пасюк написал: «Я не люблю Гринева, потому что он бестолковый барчук, и не скажу, что ненавижу Швабрина, потому как он хотя бы вместе с Пугачевым стоял против ненавистного царизма». Жеглов, узнав об этом сочинении, хохотал до слез и сказал, что Пасюка правильно выгонят из школы — если ты такой умный, то ходи в Академию наук, а не в шестой класс

Эх, прямо школа вспомнилась. Хотя я ее и не любил. Пишу тебе, о, моя незабвенная учительница по литературе, единственная настоящая среди глупых и уродливых мещанок.

Да, я люблю Гринева и мне плевать на Швабрина. За что люблю? А за что вообще любят? Да ни за что. Просто так. Мне нравится его манера писать. И не говорите, что этого Гринева зовут Александр Пушкин, ибо я во время чтения почти напрочь об этом забыл, полностью растворившись в повествовании. Почему Марья, капитанская дочка, полюбила Гринева, а не Швабрина? Конечно не за его благородный образ, патриотический, истинно христианский, какой там еще. Бог его знает - за что. Может овал лица понравился, а может его переизбыток тестостерона. Или у него икры были такие выразительные. Кто это может знать. Пушкин? Да, Пушкин! Только он. За что женщины любили самого Пушкина? Наверное за то, что он был великий русский поэт. Вот и Гринев получился такой же - доброжелательный, широчайшей души человечище, хорошо воспитанный папой с мамой, барин. Еще и проницательный - всегда мог понять чего от него хотят люди. Даже если эти люди душегубы и лиходеи типа Пугачева.

Автор умудрился побыть другом и беспристрастным критиком самого Пугачева, выделить себя на фоне общей людской массы с помощью незамысловатого сюжета. Пушкин -красавец и определенно не страдал от скромности. Главный герой так по-детски наивен, по-юношески романтичен и по-крови благороден, что все это не воспринимается как похвальба.

Швабрин - за что его ненавидеть? Человеком двигала исключительно любовь. Ну, и все, что любви сопутствует. Ревность, месть и всякое другое приятнопахнущее. Его так называемое "предательство" опровергает в самом начале цитатой друг Глеба Жеглова. Туда же предлагаю заткнуть весь другой патриотический пафос. История в этом случае не только не рассудит, она еще посмеется, а историки в очередной раз все переврут. Поэтому оставим политические темы в стороне, ибо никому из нас не дано залезть в голову Швабрину и внезапно отыскать там раннего декабриста. В остальном Швабрин продемонстрировал трезвый расчет и предприимчивость в том, что перешел на сторону пугачевцев.

"Капитанская дочка", конечно, произведение патриотическое, но, как и обычно, основной темой является любовь. И любовь не к Родине, а к женщине. Князь Мышкин Достоевского, например, тоже был этим грешен, ибо любовь к стране у него заключалась прежде всего в любви к определенной русской женщине. Поэтому особо патриотичным особам стоит избегать контактов со всякими неграми, потому что любовь зла, а бегать с российским флагом где-то в пустыне во время очередной африканской революции небезопасно.

В общем, к чему я это все вел, уже сам не помню, но, если кто-то тоже хочет запутаться, то это реальный повод перечитать "Капитанскую дочку". Произведение небольшое по объему, читается очень легко и еще его написал великий Пушкин. Тот самый, да.

Много ли песен, ставших шлягерами на российской эстраде, написаны на темы литературных произведений отечественной классики? Может их и больше, но мне на ум приходят только две: "Олеся", из репертуара белорусских "Сябров", которая имеет отсылки к купринской повести, и "Тулупчик заячий", который пели парни из люберецкого "Любэ". "Тулупчик" явился на эстраду со страниц пушкинского романа "Капитанская дочка".

Этот тулупчик запомнился всякому, кто на школьной скамье изучал роман Пушкина. Он стал своеобразным символом честности, благородства, сочувствия и сострадания, присущего русскому человеку. По большому счёту тулупчик решил судьбу главных героев. Через тулупчик Пушкин показывает страшного и ненавистного дворянством Пугачева в неожиданном для того времени свете, разбойник и "вор" предстает не лишенным человеческих чувств, знающим, что такое справедливость и благодарность.

Фигура Пугачева вышла у Пушкина настолько мощной и колоритной, что, например, Марина Цветаева видела в нем "единственное действующее лицо", полностью заслоняющее более блеклых Гринева и Швабрина. А Чайковский, думавший над возможностью написания оперы по "Капитанской дочке", считал его "удивительно симпатичным злодеем".

Рискну предположить, что на Пушкина большую роль оказало влияние Вальтера Скотта, чьи исторические романы на тот момент были невероятно популярны в Европе, и в России. Пушкин, вдохновленный примером шотландца, задумывает роман из отечественной истории. Одна из черт вальтерскотовских произведений - тесное переплетение истории страны, в которой происходят события, с историей рода главных героев. Так появляется тема - история пушкинского предка - Абрама Ганнибала. Пушкин начинает работать над романом "Арап Петра Великого".

Сам император присылает ему материалы по времени правления Петра, так, кстати, появляется пушкинская "История Петра". Но поэт-романист обращает внимание на затесавшийся среди петровских документов лист, касающийся пугачевских событий, и оказывается очарован новой темой, материалы собираются в "Историю Пугачёва", а следом рождается роман, в котором принцип переплетения историй страны и рода сохранился, это род Гриневых.

Что же касаемо Пугачева, тут сплелись воедино два фактора: подражая Вальтеру Скотту, Пушкин пытается даже в самом злодейском злодее найти какие-то положительные черты, а другое - знакомясь с документами по восстанию, он проникся идеей о том, что все же была у сурового казака какая-то своя, мужицкая правда, не совсем понятная дворянам, но от этого не перестающая быть правдой. И он решается на смелый ход, показав мятежника более благородным типом, чем дворянин Швабрин, и более мудрым и опытным, чем дворянин Гринев.

Быть опытнее Гринева не трудно, но сколько их - романтических героев дворянского происхождения, у которых молоко на губах не обсохло, разделывались лихо на сказочных страницах книг других авторов со всеми злодеями подряд без разбора. Пушкин же, оставаясь в традициях романтизма, пытается вносить в свои произведения штрихи реализма, становясь в этом деле пионером в отечественной литературе.

Хотя, все же, главный ход, позволивший оклеветанному Гриневу получить прощение решен в романтическом ключе - случайная встреча Маши и не узнанной ею императрицы.

Напоследок хочу сказать пару слов о брендовой теме романа - "русском бунте", том самом, который "бессмысленный и беспощадный", и который видеть "не приведи бог". В принципе, говоря о бунте, как выражении любой революции, Пушкин абсолютно прав, указывая на его беспощадность. Про бессмысленность - вопрос спорный, если с философской точки зрения, то, возможно, и так - на место одних придут другие, и все снова вернется на круги своя, но с точки зрения бунтующих смысл есть всегда, хоть в екатериненской Руси, хоть в трамповской Америке. Я неспроста помянул Америку, потому что в пушкинском определении слово "русский" совершенно лишнее - бунты везде одинаковые, русский ничем не лучше и не хуже любого другого. И, кстати, про беспощадность, ведь автор опроверг сам себя, когда привел сцену пощады Пугачевым Гринева. Круг замыкается и мы снова возвращаемся к тому, с чего начинали - к тулупчику заячьему.

.