La lampada di bronzo

– Как говорил Луис, должна же она где-то находиться! Вы не заставите меня поверить, что… что… Инстинктивно все повернулись к бронзовой лампе.
Она стояла на каминной полке, поблескивая выгравированными на чаше фигурками.

Лампа уже начала выделять яд, отравляя их воображение, воздействуя на скрытое в человеческой природе суеверие, напоминая о смерти профессора Гилрея… А Хелен?..

Я уехала отчасти из-за того, что не хотела его обидеть, ответив ему «нет». – Девушка с вызовом взглянула на Г. М. – Звучит глупо, не так ли? Уезжать из-за того, что не хочешь кого-то обидеть! Но вы когда-нибудь задумывались, какую часть жизни мы проводим в различных уловках, затрудняя себе существование только для того, чтобы не оскорбить чьи-то чувства – даже людей, не имеющих на нас никаких прав?

- Вообще-то, – призналась она, – я попросила в туристическом агентстве место рядом с вами. Мне нужен совет, сэр Генри, и только вы можете его дать.

Великий человек скромно кашлянул. Заметив, что один из репортеров собирается сделать очередной снимок, он снял шляпу, обнажив большую лысую голову, и устремил в пространство суровый взгляд, ожидая вспышки и щелчка фотоаппарата. После этого он снова (насколько это было возможно) принял нормальный человеческий облик.

Арабские носильщики усердно упаковывали пострадавший чемодан, в результате чего отделанная серебром щетка и пара золотых запонок больше никогда не вернулись к владельцу.

В городе, где верблюды бродят по трамвайным линиям, где водитель вашей «виктории» мощностью в две лошадиные силы не знает дороги и должен предупреждать криком о каждом повороте, где транспортные пробки создаются сложными комбинациями собак, ослов, торговцев и нищих, лучше выезжать пораньше, если вы не хотите опоздать на поезд.