Ragana ir lietus

Книга-шедевр, книга-сенсация, книга-легенда, книга-скандал… Роман Юрги Иванаускайте "Ведьма и дождь", впервые опубликованный в Литве в 1993 году, не только вызвал бурю негодования со стороны католической церкви и консервативной части литовского общества, но и был некоторое время запрещён к продаже, как "не соответствующий национальным этическим нормам". Это, однако, не помешало роману стать одним из краеугольных камней постсоветской литовской литературы, а также ярким образцом новой европейской ...

Рейтинг LiveLib

5,0

1 оценка

5
100%
4
0%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 1Хотят прочитать 1

Рецензии

orlangurus
11 июня 2026
"Увидишь: жажда жизни твоего тела будет сильнее желания души умереть…"
Как раз эта книга и была той самой, на которую перед отпуском я поленилась написать отзыв, объяснив самой себе это тем, что, мол, сейчас окунусь в языковую среду, подостыну и уж тогда... А книга так и не отпустила. И моё первое мнение - что это произведение не просто сродни "Мастеру и Маргарите" Булгакова , но и где-то на похожем уровне, - никуда не делось.
Итак, я прекрасно знаю, как любят литературные круги малых стран Европы любую книгу, которую хоть на какой-то язык перевели, немедленно объявить шедевром всех времён и народов. С писательницей уже была знакома, и, мягко говоря, особенного впечатления она на меня не произвела вместе со своими около буддистским убеждениями и своеобразным видением мира. И тут в аннотации читаю: книга была запрещена в Литве в 1993 году, с мотивировкой "как не соответствующая национальным ценностям", а к продаже разрешена только в ... секс-шопах. Вот это поворот от буддизма, да?
Не знаю, каким уж образом книга вдруг стала "соответствовать", возможно, повлияли хвалебные английские и немецкие отзывы, но она переиздана и вот - мной прочитана. Перевода на русский нет, так что заранее прошу прощения за возможные шероховатости в цитатах - перевод мой.

Она чувствовала себя несказанно одинокой, даже отшельник в пустыне не бывает более одинок, чем пишущий человек.
Три женщины. Разные века. Очень похожие судьбы. Первая - Вика, наша современница, приходит к психотерапевту прорабатывать невозможно тяжёлое расставание с любимым человеком. Он, увы, священник, который вспомнил о своём долге. Вторая - Мария-Виктория, примерно Средневековье. Поездка в монастырь, возле которого толпа собирается, чтобы хоть краем глаза увидеть святого отшельника. После подобной поездки женщины, которые никак не могут родить, обычно становятся матерями, почаще, чем после Лурда. Третья, уже ожидаемо, Мария Магдалина, со всем своим путём от распутницы до святой, пройденным не менее уверенно, чем прошли апостолы, только без предательства.
Структура романа: по очереди появляются героини, последняя фраза предыдущей главы повторяется и становится началом новой. Кажется, что так можно в героинях и запутаться, но этого не происходит. Они очень разные, если не считать самого главного вопроса каждой:

Почему именно мне предназначена была такая тяжёлая, странная, безнадёжная любовь?
Жутко впечатляюще обыграна в книге тема самоубийства - и с точки зрения церковной, и с точки зрения житейской. Мурашки с ног до головы, когда понимаешь, насколько часто брошенная женщина думает об этом и как:

Смерть всегда стоит рядом с нами на расстоянии двух шагов. Смерть не подчиняется воле человека. Самоубийство — никакое не своеволие. Наоборот. Самоубийцы — это те, кого смерть забирает их же руками, не шевельнув и пальцем.
Возвращаясь к тому, что книга, типа, годилась только для "особых" магазинов: да, она телесная, но ни в коем случае не порнографическая. Даже эротикой, пожалуй, не назовёшь. И ведь вправду: разве бывает любовь без участия рук, глаз...

Мне казалось, что вот так, прильнув друг к другу, мужчина и женщина придумали слово «благодать».
Только после благодати без неё жить ещё страшнее...
Читать далее
56 понравилось
0
75