The Paris Bookseller

— Такого рода доводов я уже наслушалась, — раздраженно сказала Адриенна. — Мы только их и слышим, когда заходит речь о новой литературе и новой музыке, как мы поколение назад наслушались подобного о живописи. Разве может одно-единственное музыкальное произведение перечеркнуть веками создававшуюся красоту? Пятую симфонию Бетховена? Фортепианные концерты Шопена? Фуги Баха? Новое искусство не отрицает всего, что существовало до него! Нет. Оно просвет, открытая калитка, показывающая тропинку тому, что придет следом за ним.

Слишком поздно помогать мне, Сильвия. Я стара, я потеряла фигуру, растеряла красоту. Единственное, что еще доставляет мне радость, это любоваться красивыми вещами. Мне уже мало смотреть на них со стороны в музее, магазине, или этих vista, как их называют в Калифорнии. Мне нужно, чтобы прекрасное было на мне. Понимаешь, если я ношу красивый браслет или красивое платье, частица их красоты словно бы переходит на меня. — Она снова вздохнула. — Или я стараюсь себя обмануть. Может быть, когда что-то красивое рядом со мной, на мне, я способна хоть на мгновение забыть, что свою красоту я уже растеряла