Дочка часу

Не забывайте, что и вашу репутацию в любой момент может уничтожить случайная сплетня.

в больничной системе ценностей симметрия незначительно уступает чистоте, зато стоит намного выше сострадания. А вот что вне всякой конкуренции, так это невежество.

— Только и всего? А вы думали, великие открытия валяются на дороге? Не получилось стать первым, возглавьте новое движение.

– Да, это о горах; не книжка, а подарок судьбы. От картинок не оторвешься. Знаешь, только горы могут так наглядно показать перспективу.

– А звезды?

– Нет. Звезды делают из нас амеб. Они отбирают у нас гордость и уверенность в себе. А снежная гора дает верную оценку человеческому бытию. Я лежал тут, разглядывал картинку и благодарил Бога, что не карабкаюсь на Эверест. Больничная койка показалась мне раем. Тепло, спокойно, безопасно. А Пигалица и Амазонка – просто высшее достижение цивилизации.

Первые книги у большинства авторов часто бывают самыми лучшими, потому что именно их хотелось написать больше всего.

Ее трагедия в том, что она, королева, родилась со взглядами провинциальной домохозяйки, которой хочется одержать верх над миссис Тюдор с соседней улицы. В сущности, нет ничего забавнее и безобиднее.

настоящая история пишется в книге, не предназначенной для истории. История — в гардеробной описи, в наличности кошелька, в неофициальных письмах, в хозяйственных книгах

Гранту больше, чем когда-либо, захотелось узнать, какой частью мозга думают ученые-историки. Определенно не той, что простые смертные

– У него лицо много страдавшего человека.
– И в этом нет ничего удивительного. Судьба его не щадила. А последние два года и вовсе можно сравнить разве что со стремительной лавиной. Всего за два года – жена, сын и весь мир.
– И все таки от одного судьба его уберегла.
– От чего?
– Он не узнал, как люди сотни лет будут почем зря трепать его имя