حياة الأحلام للجوارب اليتيمة

– У нас в Индии есть поговорка, – говорит Саранья с набитым ртом: – «Приноси пользу своему телу, чтобы душа захотела в нем остаться».

тестам на беременность свойственен дух противоречия. Они говорят «да», когда мы надеемся услышать «нет», и «нет», когда надеемся на «да».

Tu es comme un film d’auteur ou un bouquin très littéraire, mon Alice : complexe et géniale, mais tu demandes un petit effort sur les premiers chapitres pour qu’on commence à t’apprécier vraiment.

— En Inde, on a un proverbe, me dit Saranya la bouche pleine : « Fais du bien à ton corps pour que ton âme ait envie d’y rester. »

Ничему никогда не сравниться со вкусом детства, которое уже не вернётся.

Жизнь – это череда маленьких ежедневных решений. С каждым шагом, поступком и выбором мы продвигаемся по тому или иному пути. Мы знаем, на что соглашаемся, но никогда не знаем, от чего отказываемся. Простой ответ на, казалось бы, детский вопрос может изменить ход судьбы.

В Силиконовой долине, чем больше у предпринимателя неудач, тем больше у него шансов найти инвестора. Сам подумай: чем больше проектов на твоем счету, тем больше у тебя опыта. Каждый, кто однажды решил рискнуть и отправиться в неизвестность, прекрасно знает, что такое успех. Он ничему не учит, особенно когда приходит к тебе легко. Неудача, в свою очередь, – лучший из возможных учителей. К тому же все эти поражения многое говорят о твоем характере…

Все творцы – неудачники, пока не добьются успеха. По телевизору нам рассказывают истории про людей, которые добились успеха в одночасье. Вот она, современная сказка: можно преуспеть случайно, без особых усилий и труда. Но это – самая страшная ложь из возможных. Независимо от сферы деятельности люди, добившиеся успеха с первого раза, являются исключением, а не правилом. О них потому и говорят, что их истории похожи на сказку…

Никто никогда не говорил тебе, что родственные души можно разлучить.

Когда дело касалось музыки, Скарлетт проявляла удивительную дисциплинированность. В остальном же была творческой до мозга костей личностью. Ее половина комнаты напоминала базарную площадь после урагана, она всегда и везде опаздывала, забывала расписание уроков, меняла мнение чаще, чем трусики, и проявляла такой же бурный характер, как океан в декабре.

Жизнь – это череда маленьких ежедневных решений. С каждым шагом, поступком и выбором мы продвигаемся по тому или иному пути. Мы знаем, на что соглашаемся, но никогда не знаем, от чего отказываемся.

Отсутствие часов дает мне хрупкое ощущение свободы.

– Не крась глаза слишком сильно, прошу тебя! – в панике умоляю я. Не люблю, когда у меня накрашены глаза. И распущенные волосы я тоже не люблю. Предпочитаю завязывать их в хвост.
– Доверься мне! – восклицает Саранья, держа в одной руке щипчики для завивки ресниц, а в другой – накладные ресницы, при виде которых я понимаю, что не довериться ей должна, а взять ноги в руки и сбежать отсюда.

Я никогда не целовалась, это было для меня в новинку и потому интересно, но не особо приятно: слишком много слюны, ручник больно врезался мне в ребра. Несмотря на это, я не сопротивлялась, когда Джошуа скользнул руками мне под футболку и сжал мою грудь с нежностью фабричного тестомеса.

за праздники я поправилась на три кило. А может, некий недоброжелатель тайком подменил зеркало в прихожей на увеличительное стекло (я склоняюсь ко второму варианту).

я парижанка до мозга костей – что подтверждается моим желанием обезглавить людей, которые занимают левую сторону эскалатора… Но мне никогда не понять этой западной манеры заказывать еду по отдельности. Гораздо веселее поставить блюда на середину стола и делиться… Так можно все попробовать!

– Это я Алиса, подруга Анджелы, – говорю, повысив голос.
Саранья резко замолкает и, осмотрев меня с головы до ног, поворачивается к юной девушке, которая похожа на парализованного Бэмби перед фарами тридцатитрехтонного грузовика. В следующую секунду Саранья заливается веселым смехом, что, кажется, пугает девушку еще больше.
– Почему ты раньше не сказала?!