Голодная пустошь

Никогда нельзя, просто посмотрев в глаза другому, сказать, что творится в его душе.

— Легенды. Выходят за пределы реальности, которая их породила.

— Неудивительно, почему нас так тянет к убийствам, — продолжал Спатт. — Такая теория проливает свет на патологии человечества. Она вынуждает анализировать черты нашего общества и нас самих, которые мы стараемся не замечать: насилие, гнев, ненависть, злобу, агрессию, жадность, жестокость, психические отклонения вплоть до серьезных заболеваний. Мне кажется, вот почему мы так много пишем о смерти.

Ни один маленький мальчик, сидя у папы на коленях, не говорит: когда я вырасту, стану наркодилером. Хочу колоться сам и сажать на это других. Ни одна трехлетняя девочка не скажет маме: я хочу быть проституткой.

Все же хотят найти свое собственное золотое дно и захапать, чтобы никто ничего не получил. Глупое занятие. Смешные существа — люди.

Порой уже некуда идти, и ты просто переставляешь ноги в надежде, что однажды утром вновь засияет солнце

На бесплодной земле души ничему не дано прорасти,
Ибо горько и холодно здесь, и низко солнце висит,

Никогда не знаешь, что скрывается от посторонних глаз.

"вот почему мы так много пишем о смерти. Мы создаем чудовищ, чтобы исследовать то, что отвратительно нам в нас самих, на примере существ, на нас непохожих. Потому что, если мы не придумаем монстров, нам придется посмотреть в зеркало и увидеть, что монстр смотрит на нас."

Может быть, Дэмиен не стал бы этого делать в одиночку, но запихните его в шайку — и коллективный разум сделает свое дело. — Она помолчала.

Если мы не придумаем монстров, нам придётся посмотреть в зеркало и увидеть, что монстр смотрит на нас

Автор никогда не вправе считать Историю завершенной, пока она не попадет в руки Читателя; лишь тогда круг замкнется.

Мы создаём чудовищ, чтобы исследовать то, что отвратительно нам в нас самих, на примере существ, на нас непохожих. Потому что, если мы не придумаем монстров, нам придётся посмотреть в зеркало и увидеть, что монстр смотрит на нас.

Тепло другого человека нужно, чтобы выжить.

— Вы считаете себя «плохим» или «злобным», Эллиот?
Он окинул ее беглым взглядом.
— В каждом есть что-то плохое. Злобный — смотря кто судит.

У людей бывает странное чувство юмора.

Тана не доверяла людям, не знающим страха. Страх был нормой, необходимым условием выживания.

Научись просить о помощи. Позволь людям помогать тебе. Каждому из нас нужно племя. Без племени человек слаб…

Нам кажется жутким, когда серийные убийцы забирают с собой части тела жертв, когда прикасаются к ним снова и снова, чтобы вновь ощутить трепет убийства. Но, в сущности, они ничуть не отличаются от остальных.

Но теперь ее тело ей не принадлежало. Им командовало маленькое существо, растущее в ее матке. Даже здесь, рядом с кровью и смертью, оно напоминало о себе, оно отчаянно боролось за жизнь. И Тану накрыло такое острое и внезапное желание выжить — ради ребенка, — что у нее перехватило дыхание.