Отзывы о книге T

Романы Виктора Олеговича Пелевина- нечастые гости на моих полках, но поскольку с родненьким постмодерном знакомиться надо, я почитываю что-то эдакое периодически. Так и в этот раз- прикупил по скидке (и запучившись рекомендаций прекрасного человека) я стал постигать его "Т". Роман поведает нам о судьбе и мытарствах некоего графа Т.(удивительным образом походящего на Льва Николаевича).Тут у нас и Ясная Поляна и непротивление злу насилием и множество других узнаваемых атрибутов классика.Однако, к каждому такому атрибут добавляется маленькое вот только...Ну, мы ж недаром в начале обозначили постмодерн, правда?Непротивление злу насилием оборачивается подобием боевого искусства, а сам граф превращается в авантюриста, с каждой страничку узнающегото себе новые подробности.Оказывактся он все лишь персонаж в истории, создаваемой группой современных авторов. Современных,понимаете?А это значит мы имеем дело с продуктом массовой культуры, а они создаются понятно для чего)))Да, да- деньги и еще раз деньги.Графа Т. понятное дело роль марионетки на страницах не устраивает, а посему наш герой выдвигается в местную Альфа и Омегу- Оптину пустынь за ответами.На этом пути господин граф претерпят сполна тягот, но наблюдать за ними одно удовольствие. Все потому, что Пелевин населил страницы живыми и абсурдными героями(привееет, Фёдор Михайлович с топором, крушащий зомби направо и налево)И даже не спрашивайте,  как такое может быть, мой шок до сих пор в шоке, равно как и от Стикса, который надо пересекать на коньках.Воообще, повестврыаниемпостоянго прыгает из яви в сон и обратно , вот почему грань между реальным и нереальным стирается напрочь.Грань стирается, а дурацкая ухмылка от прочитанного остаётся.Но стоит отдать дань уважения Виктору Олеговичу- он заставит нас задуматься о собственной природе, равно как и природе вещей, ценности творчества в условиях рынка (как никогда актуально в век гибели франшиз 90х).Густо приправленное гибридом всех веточек буддизма и псевдорусской философии я бы оценил на 8 из 10.

Ожидания Роман «Т» попал ко мне в руки по счастливой случайности — книга оказалась у моей подруги и я не смог удержаться, чтобы не одолжить её для чтения. От Пелевина, как всегда, ожидал необычной игры с формой, философских идей и фирменной иронии. К тому же главный герой здесь во многом уже знаком читателю по другим произведениям автора. Перед нами архетипический персонаж — гиперболизированный национальный герой, чем-то напоминающий литературного барона Мюнхгаузена.

Сюжет начинается почти как анекдот — с той легкой абсурдной интонации, которую Пелевин часто использует, словно подмигивая читателю и приглашая его в игру.

Впечатление По мере чтения становится ясно, что роман построен на смеси приключенческого повествования, философских размышлений и сатиры. Текст наполнен постиронией — автор словно одновременно рассказывает историю и комментирует её, оставляя пространство для двойных смыслов.

Интересным ходом становится игра с повествованием и разрушение «четвёртой стены». В какой-то момент автор буквально выводит читателя за пределы привычного нарратива, что создаёт небольшой вау-эффект и заставляет иначе взглянуть на происходящее в книге.

Послевкусие Несмотря на любопытную задумку и интересный твист в финале, в целом роман оставил у меня смешанные впечатления. Для искушённого читателя, знакомого с другими произведениями Пелевина, «Т» показался несколько поверхностным. На самом деле втор способен на гораздо более глубокие и сложные конструкции, здесь сознательно ограничивается более лёгкой и игровой формой.

Фирменный рецепт автора: Философия: 4/5 Сатира: 4/5 Мистика: 2/5

Нежно люблю Пелевина, помню, как ещё в школе зачитывалась его ранними произведениями. Т - роман, изданный в 2009 году, так что для меня это как билет в прошлое, потому что чувства, которые я испытывала, пока читала, были такими же, как тогда, в отрочестве: щенячий восторг от того, что тебе вот-вот откроются тайны вселенной и небольшое опасение сойти с ума)) (более позднее его произведения я уже так не воспринимаю, почему-то).

Наверное, Т - один из самых простых для усвоения читателя пелевенских романов. Всего-то несколько раз реальности меняются местами, и герой становится творцом, а творец - героем. Нужно просто внимательно следить за графом Т., не терять его из виду, и всё будет понятно. Хотя, конечно, культурных пластов тут не мало: религии, литература, бизнес, боевые искусства...

Граф Т. осознаёт себя идущим в Оптину Пустынь, но ни где это, ни почему ему туда надо, он не помнит (или не знает?).  На своём пути граф встретит много препятствий, а чтобы добраться до цели, должен будет осознать себя как своего собственного автора.

Особенно приятно было встретить Чапаева, после стольких лет!

– Если хотите знать, что я действительно думаю…

– С этим к Чапаеву.

Лошадь даже остановилась.

– Почему к Чапаеву?

– Он кавалерист. Ему интересно, что думает лошадь.

Это очень глубокая, хоть и очень простая книга. Пелевин гений!

«Часто говорят одно зеркало отражает другое. Но мало кто постигает глубину этих слов. Вот я гляжу на дерево в саду. Сознание смотрит на дерево. Но дерево — ветви, ствол, зеленое дрожание листвы — это ведь тоже сознание: я просто все это сознаю. Значит, сознание смотрит на сознание, притворившееся чем-то другим. Одно зеркало отражает другое. Одно прикинулось многим и смотрит само на себя, и вводит себя в гипнотический транс. Как удивительно.»

Немного вариантов жизни в мире литературы постмодернизма. Ты либо запрыгиваешь на этот аттракцион, отбросив страх и скептицизм, либо стоишь и смотришь как другие весело катятся по горкам (предупреждаю, порой укачивает). Пелевина я не читала аж со школы и что-то так захотелось. Ох не зря. Вкратце: книга хороша, но читается непросто. Три мира, пересекающихся между собой. Три вечные плоскости, приёмы их пересечения, которые я не встречала нигде, чёртов гений, порой мозг складывается пополам и отказывается понимать, что происходит. Диалог писателя с его героем (лёгкая наркомания), уход героя (вот того, который на бумаге) от своего собственного автора и попытка создать свой мир (наркомания потяжелее). Граф Т (Толстой) потерял память и в фиолетовой рясе ищет Оптину Пустынь, не зная что это. По пути ему встречается Достоевский, высасывающий души из трупов, ради водки и колбасы, говорящие коты и лошади, всё это жирно приправлено философско-буддистскими рассуждениями. Сюжет многослоен как капустка.

Иносказания мощные, образы вполне простые. Несложно догадаться, где автор прячет стёб над властью, кризисом и всем постсоветским обществом. Если вам не нравится Пелевин, то почитайте, вы ошалеете от этого винегрета, который он создаст в вашей голове. И лишь на последних десяти страницах он аккуратно приправит его маслом и солью, перемешает, подаст к столу и вы охренеете от того, как это вкусно.

Я не люблю постмодернизм, но даже в этом жанре возможно найти приятное исключение и это Пелевин! Книга настолько многослойная, что лабиринты отдыхают, там есть разные переходыиз одного мира в другой, я заметила 3 (возможно какие-то еще упустила), мир демиурга, графа Т (книга), Достоевского (игра), книгу и игру упоминал Ариэль, но меня не покидает ощущение, что я какой-то пропустила.. В книге имеются занятные размышления, что книжные персонаж оживают только когда читают литературное произведение, странно иметь подобную власть, тем более что всегда относилась к сюжету в книге по-другому. Мир Ариэля вообще крутой, как он расказывал о проблемах с изданием книги, использовал словечки и пояснения, ме понравилось. Единственное что в постмодернизме мне сложно принять, это психоделическую составную, типа говорящей лошади и Ариэля проявляющего себя в невероятных образах.

Первый раз при чтении я обращала внимание больше на главного героя в соответствии с его прототипом, и тогда меня возмущало, как можно использовать громкое имя, чтоб на нём выехать. При этом осилила сто с лишним страниц. Спустя несколько лет начинала снова, и тут меня хватило на пятьдесят. Сейчас решила, что можно попробовать снова, хотя это, безусловно, того не стоит. И что я вижу сейчас.

Раз. Постмодернизм во всей своей красе. Мироздание создало писателя господина Пелевина, который создал героя-писателя Ариеля, который создал героя, но не писателя, графа Т., прототипом которого является писатель Лев Толстой, который пытается создавать мир вокруг себя сам, и эти герои разговаривают друг с другом, как бог разговаривает со своим созданием, хотя оба и боги, и творения одновременно. И есть мы, которые всё это читаем и пытаемся понять, что за фигня творится, а заодно и творим собственный мир, и у каждого из нас в голове он разный.

Два вытекает из раз. Вывернутая наизнанку книга, где писательский (Пелевинский и его рабов) труд не прячется изо всех сил, как это делается в классической литературе, а выставляется напоказ, да ещё и акцент стоит именно на этом. Смотрите, я пишу книжку, я играю в бога, я литературный раб, а моя писательская реальность такова, что в ней есть деньги, целевая аудитория, отношения с заказчиком, попытки подогнать тему под сегодняшний день и т.п. И об этом заявляется так честно и прямолинейно, что и ругаться не можется. Так и написано: мы высасываем всё возможное из имени мёртвого, но не для того, чтобы сделать его живым, а тупо заработать. И читателю даже возразить нечего, потому что все ругательные слова книга про себя сама говорит.

Три. Издёвка над читателем, который купит книгу. Заявлено, что целевая аудитория такова: сексуально фрустрированные домохозяйки, гламурно-офисный планктон и латентные геи. Приятно познакомиться. А если заплатят, то и про православие что-то можно будет впихнуть.

Первая часть проскочила более-менее, я почти смирилась с постмодерном, но когда появился Достоевский и шутер, ох! Это стало невозможно читать. Сюжет всё-таки действительно рыхлый и разваливающийся. Язык сильно подкачал и маловато аллюзий, хотя факт, что они вообще есть, меня приятно удивил! Поэтому (не только поэтому, конечно), несмотря на шорт-лист "Большой книги" и читательский выбор, "t" вряд ли останется в списках наследия русской литературы.

https://baklajanchic.files.wordpress.com/2016/01/809.jpg">

Постмодернизм такой постмодернизм. С одной стороны, это чистой воды литературное хулиганство. Граф Т. (нам активно намекают, что это в некотором роде отпечаток личности Льва Толстого) выпрыгивает из поезда на ходу, ловит пули на лету и еще он мастер собственноизобретенной системы боевых искусств. Достоевский похож на персонажа компьютерных игр про зомби. Княжна Тараканова проповедует мистическое учение. Все это похоже на боевичок средней руки, хотя нужно признаться, что действие развивается стремительно, напряжение постоянно нарастает и интересно, куда же дальше скакнет авторская фантазия. Кроме того, это дикая смесь разных учений и религий. Здесь и греческие мифы, и каббалистика, и даже буддизм затесался.

С другой стороны, это блестящее и оригинальное изложение теорий об отношениях автора, читателя и персонажа литературного произведения. Кто из них реален на самом деле? Кто от кого зависит? Без кого литературное произведение распадется и перестанет существовать? За этим было очень интересно наблюдать. Ну и нельзя не отметить,что это очень сильная завязка произведения, когда к герою приходит странный человек и говорит: "Здравствуйте, я ваш автор! Приятно познакомиться. Кстати, простите за вчерашнее, это я отредактировать не успел, не бойтесь, эту сцену мы потом вычеркнем!" И по литературной тусовке, по литературным неграм и модным издательствам Пелевин, конечно, знатно проехался. Едко, остро, беспощадно.

Это был очень любопытный литературный эксперимент. Даже захотелось еще что-нибудь у Пелевина почитать. Своеобразный автор.

Это как в пародии Александра Иванова: " Не писал стихов и не пиши..."
Может быть это произведение и не типичное для Пелевина, но то, как я мучилась читая его, отбило всякое желание знакомиться дальше с его творчеством!
Это какой-то фанфик, написанный зачем-то вроде как про Льва Толстого. На страницах также встречаются и другие как бы реальные люди, но не похожие совершенно на себя. Поэтому следует вопрос: а зачем надо было писать именно про них? Нельзя было взять придуманных героев и их мучить?
Не поняла я посыла автора. Для меня всё прочитанное было одним непрекращающимся бредом!

Поток сознания на границе между бредом и гениальностью. Отсюда и такой резкий разброс оценок по книге. В зависимости от того, с какой стороны от пограничных столбов вы смотрите. А ещё это не совсем литература. Это скорее научно-популярный буддизм в доступном изложении. Или чёрт знает, что ещё. У Пелевина смешались в кучу не только кони и люди, но кажется и вообще вся философия-религия-эзотерика, до которой у автора дотянулись руки. Какая-то бесконечная, нечеловеческая фантазия. В голове не помещается, как это можно всё не только придумать, но и склеить в единый текст.

Иногда вообще создается ощущение, что Пелевин глумится над читателем. Сначала на тебе - двойное дно в сюжете. Потом - тройное. А потом ты теряешь счёт. Бесконечная матрешка и ухмыляющийся при этом Пелевин. Но выходит у него это очень необидно. Так, что даже не жалко чувствовать себя обманутым. Настолько искренне и талантливо он врёт тебе в лицо со страниц книги. Как фокусник, которому ты платишь, чтобы он показал тебе хитрый трюк. А потом сам же хлопаешь в ладоши.

А ещё, мне кажется, Пелевина просто обязаны рано или поздно экранизировать. Кто-нибудь вроде Кристофера Нолана вполне подойдет. Его точно также никто не понимает, но всем круто. Все сидят с открытой варежкой и немым вопросом «что за хрень происходит на экране». А потом бегут ставить 10 баллов на Кинопоиске. К тому же и фактура подходящая. Fight графа Т. против Достоевского с боевыми топорами (да-да это из книги, если кто-то ещё не дочитал) можно снять не хуже, чем Мортал Комбат. В общем получается такое кино / чтение не для всех. По жанру обычно это называют постмодерном. Но на человеческом языке я бы назвал это «иронично-философским глумом». В своё время, в университете, Пелевин мне не зашел. Но спустя 20 лет что-то поменялось. Надо наверное распробовать. Как в детстве ты не понимаешь, например, что за гадость эти ваши оливки. А потом лопаешь за обе щеки и тест-драйвишь разные сорта. В общем я получил большое удовольствие. И от оливок и от Пелевина ) Мои рекомендации.