Бег

С е р а ф и м а. Одного я только не знаю, одно меня только и держит – это что будет с вами?
Х л у д о в (таинственно манит ее пальцем. Она придвигается, и он говорит ей на ухо). Только тсс... вам-то ничего, а за мной контрразведка по пятам ходит, у них нюх... (Шепчет.) Я тоже поеду в Россию, можно ехать сегодня же ночью. Ночью пойдет пароход.
С е р а ф и м а. Вы тайком хотите, под чужим именем?
Х л у д о в. Под своим именем. Явлюсь и скажу: я приехал, Хлудов.
С е р а ф и м а. Опомнитесь, вас сейчас же расстреляют!
Х л у д о в. Моментально. (Улыбается.) Мгновенно. А? Ситцевая рубашка, подвал, снег... Готово! Тает мое бремя. Смотрите, он ушел и стал вдали.
С е р а ф и м а. А! Так вот вы о чем бормочете! Вы хотите смерти? Безумный человек!

С е р а ф и м а. Вот один только человек и нашелся в дороге... Ах, Крапилин, красноречивый человек, что же ты не заступишься?
Серафиму и Голубкова уводят.
К р а п и л и н (став перед Хлудовым). Точно так. Как в книгах написано: шакал! Только одними удавками войны не выиграешь! За что ты, мировой зверь, порезал солдат на Перекопе? Попался тебе, впрочем, один человек, женщина. Пожалела удавленных, только и всего. Но мимо тебя не проскочишь, не проскочишь! Сейчас ты человека – цап и в мешок! Стервятиной питаешься.