Виттингтон прожег ее свирепым взглядом.
– Шантаж, так?
Таппенс кротко улыбнулась.
– Ну что вы! Просто предоплата будущих услуг.

– У меня тоже никаких перспективных знакомств.
– Ну и что? Взял бы да познакомился. Ты ведь мужчина. Я же не могу, подсторожив у «Ритца» какого-нибудь типа в меховом пальто, остановить его и брякнуть: «Послушайте, вы человек богатый. Мне бы хотелось с вами познакомиться!»

Воображение нам славно служит, но волю ему лучше не давать. Обычно самым вероятным является простейшен объяснение.

Настоящие улики обычно несколько туманны и не вполне удовлетворительны.

Two is enough for a secret.

Но убийство – это насилие. У меня оно больше ассоциируется с мужчиной.

Вы наслушались этих докторов. Никогда не следует этого делать! Что они знают? Ровным счетом ничего… или как раз столько, чтобы стать опасными.

если он действительно так мудр, тем забавнее будет обвести его вокруг пальца

Но тебя он видел всего один раз, и то мельком, и вряд ли запомнил. В конце-то концов все молодые люди на одно лицо.

я всегда путалась и заносила убытки в графу прибыли, а прибыль в графу убытков, за что меня и уволили…

Может перехватим где-нибудь пару плюшек?

– Интуиция – замечательная штука! Ее нельзя ни объяснить, ни проигнорировать.

Да, преступник умен. Однако мы должны быть умнее. Мы должны быть настолько умными, чтобы преступник нас не только не подозревал, но и вообще не считал умными.

...на свете нет ничего прекрасней семейного счастья, ради него стоит пойти на риск...

В настоящее время мы все так много размышляем и так мало говорим.

- Murder is a violent crime. Associate it more with a man.

• Not in a case of poisoning.

Его взгляд с живостью кузнечика перепрыгивал с предмета на предмет

В этом вся странность: когда пытаешься говорить правду, тебе никто не верит...

• Они обе восхитительны!
  - И обе предназначены не для вас? - закончил Пуаро.