Лагуна

Вы знали, что при влюбленности серотонин вырабатывается в меньшем количестве, чем при поедании шоколада?
Я тоже не знал. Но теперь я точно знаю, что уровень серотонина в моем организме после встречи с Эммелин по ощущениям равен всем съеденным шоколадкам за всю мою жизнь.

Победа – это лучшее, что может быть, но не ценой потери себя.

Мне всегда казалось, что мой дом – океан. И Макс... Он словно тот самый океан, волны которого накрывают с головой. Рядом с ним сейчас я ощущаю то же самое спокойствие, которое растекается по телу, когда я плыву по волнам.

Будучи на волосок от смерти, я понял, что никто не знает, какие слова станут последними и какой поступок уже никогда не получится исправить. Жизнь одна, и не стоит упускать шанс быть счастливым каждую секунду каждого дня.

Только благодаря ей я захотел вернуть себе свою жизнь. И эту самую жизнь я хочу провести лишь с ней.
Жизнь чертовски коротка, и каждую ее секунду нужно быть именно там, где пылает твое сердце.

Любят ведь не за что-то, любят то, что мы сами испытываем, когда этот человек рядом.

Эми - как самый вкусный десерт, который сладостью растекается по языку и дарит невероятное удовольствие. Мое тело покалывает от кайфа всякий раз, когда наши языки кружатся в танце. Тяжелое дыхание, соприкасающиеся тела и грохочущие в унисон сердца - главные ингредиенты райского наслаждения, которое накрывает меня с головой, как мощный шторм.

Тело начинает дрожать от ошеломительных эмоций. Все сомнения в том, действительно ли я все еще люблю Макса, испаряются, ведь только рядом с ним я чувствую себя... дома.
Мне всегда казалось, что мой дом - океан. И Макс...
Он словно тот самый океан, волны которого накрывают с головой. Рядом с ним сейчас я ощущаю то же самое спокойствие, которое растекается по телу, когда я плыву по волнам.

— Все эти годы я думал лишь о тебе и представлял, каково это - быть с тобой. И сейчас мне чертовски страшно от мысли, что быть с тобой намного лучше, чем в моих мечтах.

— Готовлю тебе завтрак, - хриплым голосом отвечает Макс. - Но судя по выражению лица, ты бы предпочла, чтобы этим утром я позавтракал тобой.
А он хорош. Чертов экстрасенс.
Вскидываю подбородок, сдерживая смех.
— Я прав, да? - усмехается он и подходит ко мне.

И почему в двадцать первом веке до сих пор не изобрели какую-нибудь штуку, которая могла бы стирать тебе память, чтобы ты мог пересмотреть свой любимый фильм, будто никогда не видел его прежде? Это бесчеловечно со стороны миллиардеров – не вложиться в подобное изобретение.

И как я уже говорил, океан не терпит ошибок. Это не тот случай, когда каждый заслуживает второго шанса. Если ты встаешь на доску в прибой, то должен понимать, что у тебя есть лишь единственная возможность. Другой может не случиться никогда, если ты будешь невнимателен. Это самое важное – сохранять бдительность каждую секунду, что ты проводишь на борде, концентрироваться на каждом своем действии и уметь видеть вокруг себя на триста шестьдесят градусов.

– Ты действительно хотела приготовить мне завтрак?
– Да, – выдыхает Эми, обнимая меня за шею.
– Хотела меня убить? Что я сделал, признавайся? – смеюсь я.

– Господи Иисусе, – снова стонет Макс.
– Давай не будем вспоминать его сейчас. Мы тут все-таки грешить собираемся.

– Я понимаю, что мы с вами едва друг друга знаем, но если я сброшу его тело в воду, вы сделаете вид, что ничего не видели? – Клэр делает глоток алкоголя.
– Он коп. – Эрика поджимает губы, мотая головой в сторону своего мужа.
– Просто скажите, когда нужно будет отвернуться, – фыркает Джон.

Говорят, счастье любит тишину, но это все полная чушь. Я буду гораздо счастливее, если каждый на этом гребаном острове узнает, что мы с Эми вместе.

Ведь для чего еще нужны друзья, как не для того, чтобы прикрывать задницы в те самые моменты, когда ты слетаешь с катушек?

Первое правило любого серфера – никогда не пытаться поймать волну, когда ты взбешен. Главное в серфинге – владеть ситуацией. Одно импульсивное неверное движение – и ты врежешься в волну на скорости, а затем не сможешь выбраться, ведь над тобой не вода, а будто бы непробиваемый бетон.