Mindfulness para asesinos

«Если вас охватил приступ страха, сконцентрируйтесь на дыхании. Вдыхайте и выдыхайте спокойно. Почувствуйте дыхание своим телом. Например, как воздух проникает через ноздри. Или как напрягается диафрагма. Мыслями сосредоточьтесь на дыхании. Не оценивайте ваше чувство страха. Попытайтесь насладиться ситуацией здесь и сейчас».

«Направьте вашу осознанность на оппонента, который настроен, как вам кажется, против вас. Дайте ему выговориться. Попытайтесь спокойно понять его чувства, ценности и представления».

Осознанность – это не «Живи и дай жить другим». Осознанность – это «Живи!».

— Нужно что-то придумать с местом в детском саду для Эмили, – начала она.

— Но мы же подали документы в тридцать один детский сад…

Если Драгана можно было сравнить с деревом, то Бориса – с медведем. Большой, волосатый, массивный. Он казался тучным и добродушным, однако состоял из одних мышц, а за его мягким округлым обликом скрывался холодный рассудок.

— Что касается равноправия, сколько женщин-партнеров сейчас в фирме? – поинтересовался я.

— У нас нет партнеров женского пола, – донес до моего сведения господин доктор фон Дрезен.

— И это называется равноправием без дискриминации, – констатировал я.

— Верно, – со злостью сказал я. – Я адвокат. А не сантехник. Но если происходит дерьмо подобного масштаба, тут и мои возможности небезграничны.

— Включай адвоката, либо будешь жрать дерьмо.

- Мы могли бы ускорить сеанс ... за те же деньги, - попытался я вновь завязать нескладывающийся диалог.

- Дорога не станет короче, если по ней бежать, - услышал я в ответ.

Я прочитал немало глубокомысленных изречений на кофейных чашках своей секретарши. А высказывание этого типа не оправдал бы даже очень хороший кофе. Отвратительное начало.

Смерти  все равно, чего вы добились в жизни. Более того: ей в первую очередь все равно, что вы упустили в жизни. Смерть принимает
вас таким, какой вы есть. Почему, ради всего святого, вы думаете, что жизнь не может так же?

Система, в которой насилие, несправедливость и ложь получают вознаграждение, а любовь, справедливость и правда не являются ценностями, не может быть хорошей.

«Сразу оговорюсь: я не жестокий человек. Совсем напротив. Я, к примеру, ещё ни разу в жизни не дрался. Да и человека я впервые убил только в сорок два года. Что довольно поздно, если учесть, с кем мне приходилось общаться на работе. Ну да ладно, всего неделю спустя за мной числилось уже с полдесятка душ» (с)

Критерии, по которым дети получают место в детском саду, еще более непонятны, чем критерии выдачи лицензии на торговлю алкоголем в борделях.

я обнаружил также два типа женщин: мамочек и нянек.

Мамочки – как правило, апатичные и измотанные – с вымученными улыбками опекали каждая своего единственного бойкого и веселого ребенка.

Няни – наоборот, бойкие и веселые дамочки – толкали перед собой огромные коляски, и в каждой коляске сидело по пять апатичных и измотанных детей младше трех лет.

Облако «Шанель № 5» плотно окутывало ее. Как и многие стажеры, она выглядела как благородная колбаска, а пахла как старая тетка.

«Осознанность — это признание частичных успехов. Тот, кто стремится достичь 100 процентов, будет считать себя на 100 процентов неудачником, даже достигнув 90 процентов. Тот, кто стремится достичь всего лишь 80 процентов, будет считать себя на 100 процентов успешным, достигнув 90 процентов».

«При этом Катарина терпеть не может других мамочек, но, чтобы не сплоховать, делает всё, что делают они. Я вижу свою дочку только спящей. Когда я раздраженный прихожу домой и натыкаюсь на свою уставшую жену, мы все чаще цапаемся. Катарина даже спросила меня однажды. Зачем я вообще пришел домой. На этот вопрос я не смог ответить» (с)

Если кто-то скажет вам, что все дети клевые, то он соврет. Ваш собственный ребенок – вот кто самый клевый. И точка.