Рождение шахматной королевы: Власть и триумф женщин, правивших на доске и в жизни

«Как и всегда, мой муж Ирвин Ялом был моим партнером в этом начинании. Когда рядом с тобой просвещенный король, быть королевой легко». Мэрилин Ялом «Рождение шахматной королевы: Власть и триумф женщин, правивших на доске и в жизни»

Мэрилин Ялом - писательница, литературовед, историк и феминистка. Она получила образование в Колледже Уэллсли, Сорбонне и Гарвардском университете, где изучала французскую литературу. Мэрилин также была присуждена степень доктора наук в области сравнительной литературы (PhD), ее докторская диссертация былапосвящена исследованию творчества Кафки и Камю. Мэрилин много лет занималась преподаванием, была старшим научнымсотрудником в Институте гендерных исследований Мишель Клейман Стэнфордскогоуниверситета. До преподавания в Стэнфорде Ялом преподавала в Гавайском университете в Маноа и Калифорнийскомгосударственном университете в Хейварде (ныне известном как Калифорнийскомгосударственном университете в Ист-Бэй).

За ее авторством имеется ряд книг и статей, посвященных женскому вопросу, культурологии и литературоведению. Среди научных публикаций Мэрилин Ялом – «История груди», «История жены», «Как французы придумали любовь» и др. Ее книга «Как французы придумали любовь» была в 2013 году номинирована на премию Гаусса общества «Фи БетаКаппа» и на премию Американской библиотеки в Париже.

Мэрилин Ялом (10марта 1932 – 20 ноября 2019) - писательница, литературовед, историк и феминистка.

Своё произведение «Рождение шахматной королевы: Власть и триумф женщин, правивших на доске и в жизни» Мэрилин Ялом посвятила глубокому исследованию, в котором проводит параллель между судьбами женщин, оказавшихся у власти, и одним из самых важных символов шахматной игры – могущественной шахматной королевой, чьим прообразом они стали. Писательница была очарована шахматной королевой как символом женской силы:

«Это потрясающая воительница, способная перемещаться в любом направлении – вперед, назад, вправо, влево и по диагонали – на одну клетку за раз или по всей доске. В микромире, где все передвижения строго регламентированы, она бросает вызов узким рамкам, которые ограничивают остальную часть ее армии.»

Нам относительно мало известно о том, как шахматы перешли из мусульманского мира в христианский, и еще меньше – о появлении первой шахматной королевы. Ялом мучилась вопросами о том, где впервые возникла шахматная королева, существовала ли в действительности правительница, вдохновившая на это новшество, как связано ее появление на доске с тем, что в шахматы могли играть как мальчики, так и девочки, привнесли ли женщины – королевы и другие дамы высокого статуса в игру новое значение, которого без них не существовало. Изучая эту средневековую игру по текстам, изображениям и другим артефактам, анализируя культурные и политические события, которые могли связать эволюцию шахматной королевы с возросшим значением правительниц в позднем Средневековье, исследовательница попыталась воссоздать цивилизацию, которая породила и возвеличила шахматную королеву.

Хотя историки до сих пор спорят о точном происхождении шахмат, большинство сходится во мнении, что они появились в Индии не позднее VI века. На санскрите игра называлась «чатуранга», что означает «четыре участника», и относится к четырем частям индийской армии: колесницам, слонам, кавалерии и пехоте. В Индии, Персии и арабских странах, где впервые появилась эта игра, все человеческие фигуры были мужского пола. Набор состоял из короля, его генерала или главного советника, называемого визирем, и пеших солдат. Как и в настоящих индийских армиях, здесь были колесницы, лошади и слоны. Эта  схема с небольшими изменениями распространилась в Персии и арабских странах, а потом и во всем мире. Только после того, как в VIII веке арабы вторглись в Южную Европу и принесли с собой шахматы, на доске появилась королева. Примерно в 1000 году она начала заменять визиря, а к 1200 году ее можно было встретить по всей Западной Европе, от Италии до Норвегии.

Когда арабы привезли игру через Средиземноморье в Испанию и Сицилию, шахматы стали отражать западные феодальные структуры и приобрели социальный аспект. Королева заменила визиря, конь превратился в рыцаря, колесница – в башню (современный замок или ладью), слон – в епископа (во Франции он стал шутом, а в Италии – знаменосцем). Только король и пеший боец(пешка) на противоположных концах иерархии оставались без изменений.(Здесь и далее названия фигур приводятся по оригиналу: привычный русскоязычному читателю слон – епископ (bishop), конь – рыцарь (knight).

Сейчас королева - самая влиятельная шахматная фигура на доске, но так было не всегда. До ее появления игра существовала без королевы более 500 лет. Мэрилин Ялом проводит параллели между возвышением шахматной королевы и появлением женщин-монархов в средневековой Европе.  Как эта фигура оказалась на шахматной доске? Какая из могущественных королев Средневековья стала ее прообразом? И как ее развитие отражало положение женщин у власти  и в обществе в целом? Именно этому посвящена книга исследовательницы.

Она отслеживает историю шахмат от их рождения в Индии V века до повсеместного распространения в  XX веке, попутно делая краткий обзор биографий могущественных женщин-монархов, чья значимость могла быть настолько глубокой, что повлияла на эволюцию шахматной королевы в агрессивную воительницу, и раскрывая некоторые особенности гендерных отношений и положения женщин в обществе.   

Ни один свидетель не оставил после себя сообщений о возникновении шахматной королевы. Первое упоминание о ней содержится на заплесневелых листах латинского манускрипта, хранящегося в аббатстве Айнзидельн в Швейцарии более1000 лет.

Страница рукописи из Айзиндельнской поэмы (ок. 997), которая более 1000 лет хранилась в монастыре Айнзидельн в Швейцарии, содержит первое письменное упоминание о шахматной королеве (regina)

Все фигуры, описанные в Айнзидельнской поэме, имели те же функции, что и в персидских и арабских шахматах. Существенное отличие от сегодняшней игры составляли движения графа/епископа (не более двух клеток за раз, в отличие от сегодняшнего неограниченного движения по диагонали) и королевы (одна диагональная клетка, в отличие от любого количества клеток по прямой илидиагональной линии).

В годы, непосредственно предшествовавшие написанию поэмы, было необычайно многокоролев-регентш. В течение короткого периода в 980-х годах правление женщины-регента было доминирующим в Западной Европе. Не только Аделаида Бургундская и Феофано были регентшами; но и дочь Аделаиды Эмма правила от лица французского короля Людовика V; герцогиня Беатрис Лотаргинская правила от имени своего несовершеннолетнего сына, а юный Этельред II находился под опекой своей матери в Англии. Неудивительно, что при таком количестве королев, единолично занимавших престол, шахматная королева появилась именно в эту эпоху.

Появление шахматной королевы и графа/ старейшины /будущего епископа примерно в 1000 году пришлось на новый период в европейской истории, отмеченный ростом могущества короля, королевы и церкви. В отличие от Ближнего Востока, где визирь был заместителем шаха, европейская королева была второй половинкой короля, его доверенным лицом, его представителем, когда он отсутствовал или был недееспособен. Христианский идеал моногамии, предполагающий наличие одного мужа и одной жены, контрастировал с полигамными возможностями, предоставляемыми мусульманским мужчинам, и пара короля и королевы на шахматной доске символизировала союз более прочный и значимый, чем союз короля и его главного министра. Он также отражал еще одно различие между европейской королевой и женой восточного монарха: европейская королева ожидала, что будет делить политическую власть со своим мужем, особенно если вместе с ней через брак приобретались территориальные владения. В таких странах, как Испания иАнглия, где дочерям разрешалось наследовать троны от своих отцов в отсутствие наследника мужского пола, некоторые королевы даже правили самостоятельно, без участия супруга.

К концу XI века, несмотря на противодействие церкви шахматы прочно утвердились в Италии, а также в Южной Германии и Испании. В последующие годы они распространились севернее, западнее и восточнее этих земель. Шахматная королева рано или поздно являла себя в каждой стране, хотя соперничество с визирем порой задерживало ее появление на десятилетия и даже столетия.

ИСПАНИЯ

В XII веке шахматная королева впервые появилась в Испании. Прием, оказанный ей на шахматной доске, во многом определялся местными обычаями и религиозными верованиями. Мусульманский мир был неприветлив: шахматные фигуры изображались абстрактно, а визирь никак не уступал место королеве. Европейское христианство, напротив, допускало и активно поощряло изображения людей, животных и божественного начала, в том числе легкоузнаваемых королев. Евреи оказались где-то посередине. Им тоже было запрещено создавать «идолов», но они были менее строги в этом вопросе, чем мусульмане.

Труды Авраама ибн Эзры доказывают, что шахматная королева была известна некоторым испанцам XII века тогда, когда она еще не была широко распространена на Пиренейском полуострове. Еще одно свидетельство ее пребывания в Испании в то время мы находим во вполне осязаемом источнике - это очаровательная фигурка из слоновой кости, принадлежащая художественной галерее Уолтерса в Балтиморе.

Она сидит, полностью заключенная в овальное сооружение, напоминающее трон, из-под которого видна только ее голова. Как если бы она медленно росла в заточении и теперь выглянула наружу, чтобы посмотреть, не пришло ли ее время.

Она олицетворяет ограниченную власть женщины, ее наивысший статус на шахматной доске, где, как и в жизни, все равно властвовали мужчины. Такой образ был редкостью в средневековой Испании, где абстрактных шахматных фигур мусульманского типа было больше, чем изображений людей, даже среди христиан. Одна из причин популярности шахмат среди женщин крылась в том, что в них можно было играть в помещении. Даже вынужденные оставаться в четырех стенах по причине родов и болезни, женщины могли играть в шахматы даже в постели.

Знаменитая рукопись, написанная по заказу короля Леона и Кастилии Альфонсо X под названием «Книга игр» и датированная 1283 годом, рассказывает нам о том, как играли в эту игру и как на нее смотрели в то время, а также о связанных с ней гендерных ролях. В трактате прямо говорилось, что настольные игры особенно подходят женщинам: «женщины, которые не ездят верхом и остаются в доме, могут наслаждаться ими» наравне с пожилыми и ослабшими мужчинами, заключенными, рабами и моряками. Эти игры, в которые играли сидя, отличались от тех, которые требовали больше движения (бег, прыжки, борьба, метание мячей и копий) и были прерогативой здоровых мужчин.

Правление Альфонсо X Кастильскогои Виоланты Арагонской оставило свой след в европейской цивилизации благодарямногочисленным переводам древних текстов с арабских источников, которые онизаказывали. Их пропаганда наук и искусств сделала королевский двор желаннымместом для ученых, математиков, писателей, переводчиков и ремесленников. Шахматы занимали почетное место в качестве любимого времяпрепровождения королейи придворных. Вклад Альфонсо в историю шахмат заключается прежде всего в уникальной рукописи, которую он оставил после себя – возможно, самой прекраснойработе по шахматам, когда-либо созданной человеком.

ИТАЛИЯ И ГЕРМАНИЯ

В Италии и Германии история средневековых шахмат воспринимается как игра с моралью. 

Когда церковь смягчила свою позицию в отношении шахмат, некоторые священнослужители стали использовать эту игру как символическую модель общественного устройства. Труд доминиканского монаха Якобуса де Цессолеса под названием «Книга шахмат», созданный в Италии в конце XIII века на основе этой модели, стал одним из самых известных в свое время. Взятый вкачестве дополнения к рукописи Альфонсо X1283 года, он дает нам общее представление о европейских шахматах в эпоху высокого Средневековья.

В его эпоху шахматы не были исключительно военной игрой. К королю, коням, ладьям и пешкам присоединились невоенные фигуры, а именно королева и епископ, что позволяло рассматривать шахматы как аллегорию общества. Его фундаментально консервативная проповедь поддерживала статус-кво: король находился на вершине социальной пирамиды, а крестьяне – внизу.

Добродетели, присущие королю и королеве, были, конечно, окрашены католическим взглядом на мораль, подчеркивающим контроль над их сексуальностью. Таким образом, королю «следовало соблюдать абсолютное воздержание. Оно заключалось в единственной королеве.» На примере шахматного короля церковь пыталась навязать моногамию. Неудивительно, что сексуальность королевы подвергалась еще более пристальному надзору: «Королева должна быть целомудренной, послушной, происходить из хорошей семьи и внимательно относиться к воспитанию своих сыновей.» Слова «целомудренный» и «непорочность» повторялись несколько раз, чтобы напомнить зрителям, в чем заключалась главная добродетель женщины. Сексуальная верность была особенно важна для королевы, чтобы гарантировать, что ее отпрыск точно являлся потомком короля.

Цессолес игнорировал политическое значение правящих женщин и представлял их исключительно как жен и матерей. Эта попытка подорвать политическое значение королевы, возможно, была вызвана опасениями по поводу женской власти в целом и авторитета правящих королев в частности.

По всей Европе продолжали появляться другие письменные работы о шахматах, многие из которых в той или иной степени основывались на книге Цессолеса. Очень популярная книга XIV века «Римские деяния» содержала несколько разделов о шахматах, некоторые из которых были заимствованы непосредственно из трудов Цессолеса. В одном отрывке шахматная королева, которую сравнивают с душой, приобретает христианские черты, подобающие женщинам: ненасилие, пассивность и отсутствие любопытства. В таких аллегориях, охватывающих весь спектр человеческого общества, авторы могли выразить свои половые и классовые предрассудки.

ФРАНЦИЯ И АНГЛИЯ

Шахматы пришли во Францию из Испании в начале второго тысячелетия. Шахматные поединки стали распространенным явлением в средневековой литературе. Шахматные партии часто фигурируют во французских и кельтских сказках, связанных с мифическим королем Артуром. Порой в этих сказках фигурируют женские персонажи, которые не только напоминают о могущественных дохристианских божествах, но и отражают новое значение женщины в средневековом обществе.

Эпические сказания, прославляющие войну, пришли с севера Франции, где говорили на старофранцузском языке. Но юг Франции, где преобладал провансальский, породил совсем другой вид литературы: лирическую поэму о любви. Вместо сражений и кровопролития герцог Аквитанский Гийом IX восхвалял домну, или любимую женщину. Отвернувшисьот маскулинного прославления войны, он сосредоточился на любви между полами и особенно на страсти, которую красивая женщина может пробудить в чувственном и музыкально одаренном мужчине, таком как он сам. Гийом IX был первымизвестным трубадуром и дедом Алиеноры Аквитанской (1122-1204).

Алиенора Аквитанская и БланкаКастильская за свою долгую жизнь стали равными своим мужьям и сыновьям, живыми образцами женской силы и величия, символически воплощенными в шахматной королеве. Их блистательное правление совпало с распространением шахмат во Франции и Англии и повысило престиж королевы на шахматной доске. Культурные течения, благодаря которым запомнились эти две королевы, - культ Девы Марии, пропагандируемый Бланкой, и культ любви, пропагандируемый Алиенорой, - имели удивительные последствия для шахмат.

Когда королева вытеснила визиря с европейской шахматной доски, существовало множество течений общественной мысли, поддерживавших идею женской власти. Первое– это реальность христианской царственности, которая приняла свои характерные очертания в раннем Средневековье.  Королева была прежде всего женой короля, его партнером, помощницей и верноподданной. Подобно восточному визирю, она также могла консультировать в вопросах дипломатии и ведения войны. В ее обязанности входило ходатайствовать перед королем от имени различных просителей, будь то представители знати, духовенства и мирян.

Второе культурное течение, которое совпало с рождением шахматной королевы и укрепило институт королевской власти, – культ Девы Марии. Начиная с XI века чудесное рождение Иисуса стало темой бесчисленных поэм, гимнов,повествований и теологических трактатов.

В «Римских деяниях», сборнике анекдотов, притч и сказок на латыни, которые были чрезвычайно популярны в позднем Средневековье, в главе, посвященной шахматам, эта игра описывается как игра с христианской моралью. Верховный король отождествляется с Иисусом Христом, а королева – с Девой Марией, как показано вследующем отрывке:

Эта шахматная королева, явно отсылающая к культу Девы Марии, рассматривается впервую очередь как милостивая заступница перед Богом, а не как участница сражения. "Римские деяния" и различные версии "Книги шахмат" Якобуса де Цессолеса распространили эту связь между шахматами и религией по всему христианскому миру.

Одержимость Святой Девой неуклонно росла с начала XI века и до своего наивысшего расцвета вXV веке. Так же развивались и история шахматной королевы, и культ романтической любви. Прекрасная Богородица, шахматная королева и возлюбленная дева росли вместе и укрепляли друг друга. Все вместе и по отдельности они показывали женщин в позитивном свете, в отличие от более традиционных мизогинных представлений. Со временем эти три культурных феномена способствовали большей значимости женского начала, особенно в отношении женщин самого высокого социального статуса. Сама Мария была не только женщиной, но и придворной "дамой" - Богоматерью, Nostra Domina, Notre Dame.

Поклонение прекрасной даме, часто жене короля или влиятельного вельможи, впервые было воспето трубадурами на юге Франции, а затем распространилось по всем дворам Европы. Вскоре после этого шахматы стали ассоциироваться с хорошим воспитанием и «куртуазностью». Девушки из хороших семей могли рассчитывать на игры с противоположным полом, учитывая все романтические возможности, которые открывали такие встречи. Шахматы давали влюбленным повод встречаться в уединении садов и будуаров, где они могли поделиться своими чувствами так же, как и своим мастерством.

К концу XV века, кода верховные полномочия шахматной королевы были официально закреплены, сама игра достигла пика популярности и приобрела особое значение для семейных пар. Они могли рассматривать шахматы как привилегированное пространство для обмена интеллектуальными идеями, чувствами и сексуальным желанием. Как до, так и после вступления в брак шахматы представляли собой игровое поле, на котором мужчины и женщины могли противостоять друг другу на равных.

СКАНДИНАВИЯ

В шахматных наборах, появившихся в Скандинавии, уже была королева. В целом средневековых шахматных королев в Скандинавии сохранилось больше, чем во всех других европейских странах, вместе взятых. Возникает вопрос: это просто случайность или свидетельство положительного отношения к настоящим королевам Скандинавии? Какое общество создало эти великолепные артефакты? Может ли какой-либо из них быть связан с реально существовавшей королевой? Что они сообщают нам об институте скандинавской монархии и о скандинавских женщинах в целом?

В исландских сагах самые яркие женщины, как правило, сильные, независимые и агрессивные. Они играют заметную роль в своих кланах, в основном подстрекая мужчин и сыновей отомстить за свою семейную честь, а иногда беря дело в своих руки. Но есть и другие героини, зависимые и бессильные - именно это, скорее всего, было нормой для большинства женщин.Особенно это справедливо по отношению к дочерям, которые, как правило, находились во власти мужчин в своих семьях.

Запределами Исландии, в Норвегии, Швеции и Дании, где королевская власть прочно утвердилась к концу XII века, прослеживается история сильных королев, восходящая к дохристианскому периоду. Сигрид Гордая, например, оставила после себя легенду о королевских браках и сверхжестокой мести. Как овдовевшая мать шведского короля Олафа, она владела многими огромными поместьями в Швеции и была целью сватовства для нескольких правителей.

Около 1200 года  юридическое положениескандинавских королев упрочнилось в соответствии с эволюцией феодального общества и развитием более сильных и богатых монархий. Приданое сохранялось заженщиной в случае развода или вдовства. Еще одним признаком того, что королевы все более сравнивались с королями, стала их публичная коронация. Регентство стало еще одним свидетельством того, что скандинавские королевы обрели власть в полном масштабе.

Положение скандинавских женщин предположительно несколько улучшилось в эпоху высокого Средневековья. В Норвегии ландслов (свод законов) 1274 года предоставлял права наследования как сыновьям, так и дочерям, хотя первые и получали в два раза больше, чем вторые. Выходя замуж, женщина официально передавала контроль над своим имуществом мужу, но все чаще совместное владение, или felag, становилось обычным делом.

Возможно, некоторые шахматные королевы XIV века были вдохновлены Маргаритой Датской. Вместе они демонстрируют разные аспекты  ее незыблемой  власти: сдержанная государыня, величественно восседающая на троне, и подвижная всадница со свитой наготове. Правление королевы Маргариты и правление шахматной королевы совпали в конце XIV века, в счастливый период в истории скандинавских королевских семей.

ШАХМАТЫ И ЖЕНЩИНЫ В РОССИИ

Русские играют в шахматы гораздо дольше, чем скандинавы и другие коренные европейцы. Игра, вероятно, пришла в Россию непосредственно из индийских, персидских и арабских источников не позднее VIII или IX веков. Самые ранние фигурки в арабском стиле, найденные в России, датируются X веком, а самые ранние шахматные фигуры "с маленькими лицами", как называли реалистические фигуры в Древней Руси, датируются XII веком.

Необычные способности русских игроков были замечены уже несколько сотен лет назад. Один англичанин, посетивший Москву в 1568 году, заметил: "Самая распространенная игра - шахматы, почти каждый простак даст и шах, и мат; мастерство приходит с практикой".

Как и в Западной Европе, в эту игру первоначально играли в основном представители знати, но она довольно рано попала и к простому народу и широко распространилась почти по всей территории России как важный элемент общественной жизни.

Русские женщины, вероятно, играли в шахматы столько же времени, сколько и мужчины. Они фигурируют в качестве шахматисток в русских героических эпосах (былинах), которые дают представление о далеком прошлом, начиная с XI века, даже если эти истории были записаны гораздо позже. В описаниях "шахматных поединков", происходивших в средневековом Киеве или Новгороде (где были найдены многие из самых ранних шахматных фигур), иногда говорилось о противостоянии женщины и мужчины.

Другие примеры поединков между мужчиной и женщиной можно найти в народных песнях XVI иXVII веков. Традиционная тема этих песен - шахматный поединок между "красной девицей" и "удалым добрым молодцем", в котором девушка обычно одерживает победу. Все это доказывает, что в прошлом российские женщины играли в шахматы и считались достаточно хорошими игроками, чтобы сражаться с мужчинами.

Женщине потребовалось больше времени, чтобы появиться рядом с королем на шахматной доске в России, чем в любой другой немусульманской стране, включая Китай.

Примечательно,что шахматная королева - царица, боярыня или баба - окончательно вытеснила визиря только во времена Екатерины II Великой, которая правила с 1762 по 1796год. В то время шахматы были, вероятно, самой популярной игрой во всей России. В России, как среди аристократов, так и среди простолюдинов, она прочно укоренилась и сохраняет свои позиции по сей день.

Доминирование России в шахматах в XX веке - установленный факт, но Мэрилин Ялом возвращается в XV век, где произошел решающий поворотный момент в истории шахмат.

Как шахматная королева обрела ту силу, которой она обладает сегодня? При каких обстоятельствах она превратилась в страшную «безумную королеву», грозу всех остальных фигур на доске? Можем ли мы установить связь между ее могуществом и усилением женской власти в определенное время и в определенном месте? Ялом связывает официальное превращение шахматной королевы в сильнейшую фигуру на доске с правлением Изабеллы Кастильской(1451-1504).

Совместное правление Изабеллы и ее мужа Фердинанда стало вершиной испанской монархии, во многом сравнимой с правлением Елизаветы IАнглийской столетием позже.

На протяжении более чем двух десятилетий, с 1469 по 1492, Изабелла и Фердинанд время от времени сражались со своими врагами. Именно в этот период появились "новые шахматы" с грозной королевой. В Кастилии появилась воинственная королева, более могущественная, чем ее муж; почему бы ей не появиться на шахматной доске?

Столь же вероятно, что валенсийские игроки неосознанно переделали королеву по образцу всемогущей Изабеллы. Как бы то ни было, новая шахматная королева возведена в ранг живой королевы, и отныне пересмотренная игра будет называться "игра королевы" - эпитет, который воздает честь королеве Изабелле, а также ее символическому эквиваленту на доске.

"Игра королевы" распространилась из Испании в другие части континента, и не везде ее встречали с тем же энтузиазмом. В последние годы XV и в первые десятилетия XVI века реакция на возросшее могущество шахматной королевы варьировалась от принятия до откровенной враждебности. За пределами Испании новый вид шахмат получил название "шахматы королевы" и "шахматы безумной королевы". В итальянском - scacchi de la donna, во французском - esches de la dame или dela damr enragee.

Когда шахматы прочно вошли в семейную жизнь, когда такие выдающиеся королевы как Изабелла и Елизавета, не говоря уже о Екатерине Медичи и Анне Австрийской, были известны свои мастерством игры в шахматы, а шахматная королева находилась на пике своей тактической мощи, женщинам имело смысл продолжать играть с еще большим энтузиазмом. Увы, но это было не так.

В начале XVII века среди женщин из высшего общества игра в шахматы уже не была таким модным занятием. Рассказы о поединках и изображения таковых между представителями разных полов, столь многочисленных в Средние века, становились все более редкими.

Шахматы стали основательно маскулинизироваться.

По иронии судьбы, возможно, именно повышение уровня силы шахматной королевы и епископа как-то связано с сокращением числа женщин-игроков. Теперь, когда эти две фигуры приобрели большую подвижность, для завершения партии в среднем требовалось меньше ходов. Новые шахматы более не подходили для неторопливых встреч леди и джентльменов, которые могли длиться день или больше, с перерывами на еду, питье, танцы и пение, или, в более простой обстановке, для того чтобы размешать кашу и покормить ребенка. Новые шахматы были стремительными и жесткими. Шахматы более не терпели никакого флирта.

Когда игра стала менее социальной и более соревновательной, на сцену вышел профессиональный шахматист. Женщинам не пристало выступать на публике подобным образом. Игра в шахматы сама по себе, по-видимому, стала еще одной жертвой в войне с "неженственным" поведением.

В начале XIX века, в городах Европы и Соединенных Штатов появились шахматные клубы. В то время как редкая женщина нет-нет, но могла зайти в кофейню, шахматные клубы были только для мужчин. У женщин не было собственных шахматных клубов до начала XX века. На рубежеXXI-XX веков в Соединенных Штатах и Европе начали появляться женские шахматные клубы, например, Нью-Йоркский шахматный клуб, открывшийся в 1894 году.

Международная шахматная федерация провела первый чемпионат мира по шахматам среди женщин в1927 году. Его выиграла Вера Менчик из Чехии, которая удерживала этот титул до своей смерти в 1944 году. После Второй мировой войны Людмиле Руденко, родом из СССР, оставалась чемпионкой среди женщин с 1950 по 1953 год, положив начало длительному периоду советского превосходства в женских шахматах. В 1960-е годы титул чемпионки завоевала грузинка Нона Гаприндашвили, а в 1978 году за ней последовала Майя Чибурданидзе, также представительница Грузии. В 1991 году китаянка Се Цзюнь в титульном матче победила Майю Чибурданидзе, прервав доминирование советской шахматной школы в женских шахматах, пока в 1996-м не потерпела поражение от Жужи Полгар, венгерской шахматистки.

Ялом обращает внимание на тот факт,  что женщины стали больше играть в шахматы в бывшем Советском Союзе и совсем недавно в Китае - странах, где социальные и политические революции были направлены в том числе на стирание различия между "женской" и "мужской" работой.

Многочисленные публичные заявления гроссмейстеров носят откровенно женоненавистнический характер. Например, слова Уильяма Ломбарди из США: "Женщины играют хуже, потому что их больше интересуют мужчины, чем шахматы". Чемпион мира Бобби Фишер хвастался, что "может дать любой женщине в мире съесть фигуру и пойти первой" и все равно обыграть ее. Гроссмейстер Лайош Портиш из Венгрии, признавая великий талант сестер Полгар, утверждал, что женщина -чемпионка мира была бы "противоестественна".

Пожалуй, три слова, произнесенные Се Цзюнь, наиболее уместны в этой дискуссии. Когда ее спросили объяснить более низкое положение женщин в шахматах, она ответила: "Женщины выходят замуж".

Ялом также добавляет, что только тогда, когда от женщин будут ожидать выполнения тех же функций, что и от мужчин, шахматы, скорее всего, вернут себе женскую душу.

Она считает шахматы чуть ли не единственной возможностью для людей взаимодействовать на очень цивилизованном уровне:

 "Они должны отбросить любые различия в религии, этнической принадлежности, национальности, языке и поле и соревноваться исключительно на основе мастерства. Немного найдется мест, где женщины могли бы в той же мер расширить свой интеллектуальный кругозор и уверенно взаимодействовать с мужчинами, как в шахматных кружках."

Расширенные версии рецензий и другие отзывы будут публиковаться на моем Дзене: Сибирская Язва.

Почта для сотрудничества и предложений:

angelina4work2024@yandex.ru , angelina4work2023@gmail.com

Мой телеграм