El despertar del Leviatán

Через час, разогрев кровь выпивкой, он сварил миску настоящего риса с фальшивыми бобами — дрожжи и грибы сойдут почти за что угодно, лишь бы хватило виски.

— Но мечтать-то не вредно, кве но?

— Лишь бы не думать.

Background radiation spoke to Holden in mystic whispers full of dire portents while he waited. Newcomer, it said. Hang around for fourteen billion years or so. See what I’ve seen. Then all this nonsense won’t seem so important.

— Что за недоделанный Апокалипсис они там затеяли?
— Дай им время. Опыта нет.

Алекс и Амос пили по-матросски: наливали сразу на палец и опрокидывали залпом. Алекс при каждом глотке повторял: «Ух, ребята!» Амос всякий раз подыскивал новое ругательство. Он добрался до одиннадцатой порции, ни разу еще не повторившись.

Если ты очутился между питбулем и ротвейлером, первым делом отбрось палку.

Джули стала его частью, способной на человеческие чувства. Символом того, чем бы он был, если бы не был таким, как есть. Придуманная им Джули наверняка не имела ничего общего с реальной женщиной. Встреча стала бы разочарованием для них обоих.
Он должен был в это верить, как верил во все, что отрезало его от прежней любви.

Когда техническое превосходство за врагом, атакуйте его самым примитивным оружием, какое найдете.

– Не бойтесь их. Они сильны только вашим страхом.
– Ну да, и еще сотней с чем-то боевых кораблей, – вставил Хэвлок.

– Я верю в идеалы прозрачного общества, мистер Камал, – ответил Холден.