Близкие люди

Вот так дружишь с человеком двадцать лет, а потом вдруг окажется, что дружил с каким-то вовсе другим человеком, и даже представить себе не можешь, откуда взялся этот, и как с ним следует обращаться, особенно учитывая, что он знает о тебе все — ведь ты-то остался прежним…

— Я собиралась с ним поговорить, но совсем не учла того, что он совершенно не собирался говорить со мной.

— Если мы не знаем мотивов. Черный, то это не значит, что их нет. Ты детективы совсем, что ль, не читаешь?

И опять, как тогда, в первый раз, что-то странное почудилось капитану Никоненко во всем здешнем воздухе, что-то странное и неприятное, почти угрожающее, что обязательно должно произойти и произойдет, что бы ни думал капитан Никоненко.

— Меня зовут Ингеборга Аускайте, — сказала она с невесть откуда взявшимся высокомерием. — Детям трудно выговорить мое имя, поэтому в школе меня называют Ингой Арнольдовной.

А потом, что с нее взять — образованная! Небось в институте косинусы-синусы проходила, а грибы солить так и не научилась. Только кочевряжиться и умеет.

Почему-то Саша не выносила мужчин в тренировочных штанах.

«Этого не может быть. Я ошибся квартирой. Или домом. Или жизнью».

Утром нужно будет все оценить заново. Ночь плохой советчик.

Ну вот есть же озерный дух. Или лесной дух. Или водяной. Значит, есть и дух стройки.

Она была крупнее овчарки и отличалась потрясающим внешним безобразием и истинно беспородным недюжинным умом.

Это только Маринина ваша пишет, как нашли труп на свалке и по тревоге всю местную ментуру подняли. В земной жизни такие штучки не капают, Вадик.

Степан улыбнулся:
— В нашем бизнесе, как и во всех других, самое престижное то, за что бюджетные деньги дают. Они же у нас как были, так и остались несчитанные…

«У вас славный мальчик, но не слишком уверенный в себе»!
Откуда у него возьмется уверенность, если его все бросают?!

Вот так поужинаешь разок-другой в приятной мужской компании, да и заделаешься феминисткой на всю оставшуюся жизнь!

Жизнь была бы такой простой, если бы хоть что-нибудь в ней когда-нибудь шло по плану!..

Власть ее над дочерью была безгранична и безусловна. Кроме того, она была уверена, что дочь глупа как пробка и ей запросто можно внушить все, что угодно.

У них была такая семья — отец и сын. Такая, и все тут.

... с упорством, достойным лучшего применения ...

На месте персиковощекой и бежево-золотистой Клаудии Шиффер сидела какая-то вовсе невразумительная деваха с наведенными глазами и алым ртом вампира-профессионала.